За закрытыми окнами уже проглядывает пригород, мы едем молча под скрытые взгляды Джана и его табака. Серьги из золота с сапфиром кружатся по моим пальцам — свадебный подарок отца, который я так не хочу носять. Я чувствую усталость до мёртвых глаз, желая разорвать это цепкое золото и снять драгоценности, которые кажутся тяжёлыми висящими на шее....
Похоже, «Цветок Востока» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Похожий, но чёрный, висит у двери на вешалке.
– Ясенька, придётся переодеться.
– Нет одежды.
– В мою. Вот эти… – достаёт джинсы. – Они мне узковаты, на тебя должны сесть нормально. По длине подвернём. Талию подтянем ремнём.
– В мужское?! – доходит до меня.
– Да.
Следом появляется белая водолазка.
Звонок в дверь.
От мысли, что это может быть Джан… Мне хочется умолять Лёшу, чтобы он не открывал эту дверь!
Но он смотрит уверенно, спокойно.
– Это доставка.
– А если Джан?
– Я его сюда не пущу.
– Силой зайдет!
Почему-то он улыбается.
А мне страшно. Джан огромный, сильный, тяжёлый, немного сутулый… Как медведь! Лёша не такой. Гибкий, подвижный, пружинистый, как рысь.
Выходит. Подлетаю к окну! Всё так же снаружи закрыты ставни. Не видно ничего…
Я очень боюсь, что из-за меня может выйти «война» между ними. От страха и беспокойства не знаю куда деваться. Беру свой чай. Делаю несколько глотков. В горле режет… Вытираю со лба пот. Голова кружится. Чувствую себя физически очень грязной. Присаживаюсь на стул.
– Это доставка, – убеждаю себя. – Таблетки.
Но если Джан потребует меня, Лёша ведь должен отдать? Что потом?
Темнота и ужас.
Это доставка! Лёша сказал – доставка! А через дорогу Джан.
Вспоминаю его сердито сдвинутые брови и то, как недовольно, пренебрежительно кривит губы. И как хотелось всегда оттолкнуть его. Но ведь было нельзя…
Лёша возвращается с коробкой и пакетом.
После того, как он закрывает дверь, я выдыхаю, ощущая явственнее, как режет у меня в горле.
– Ясь, ты чего бледная такая?
Касаюсь пальцами горла.
– Горячего надо.
– Горло болит?
Киваю.
Ставит коробку на стол. Включает чайник.
– Это мёд, – ставит передо мной баночку.
Открывает холодильник.
– Ммм… Как это называется?
Поворачиваюсь.
– Кебаб.
– А это?
– Гёзлеме…
– Гёзлеме… – мечтательно. – Давай покушаем. Ты с утра практически не поела.
Подскакиваю.
– Сиди. Я сам.
Ну как же сам?… Зачем в жёны тогда берёт? Или просто сказал так, а я не поняла чего-то?
– Сядь, я сказал, – давит на плечи. – Я разогрею всё сам.
Достает из дверцы холодильника спрей от горла.
– Держи.
Беру в руки.
– Я могу пользоваться этим?
– Конечно. Какие-то проблемы?
Я уже и не знаю. У нас мужчины и женщины не используют одну посуду, средства гигиены. Но он говорил: «Чушь». Откуда мне знать, как в его доме нужно вести себя?
Держу в руках.
Достаёт мои таблетки. Разглядывает.
– Ты помнишь, какой день? Здесь пронумеровано всё. Если хочешь, съездим к гинекологу, чтобы он объяснил всё ещё раз.
