В 1893 году в Ливерпуле танцы и веселье смешиваются с обычным порядком жизни. В кухне раздается сердитый призыв матери, требуя прекратить музыку. Скрипка играет девочка-Цыганка — Бет, которая жаждет поднять ее снова. Но Алиса Болтон стала очень обидчивой после неудачной выставки хлопушек и может остановить дочь одним движением руки. Бет чувствует себя незащищенной в этой новой среде, где каждая встреча сказочная и ужасающая....
— Это ирландская скрипка, — с улыбкой ответила Бет. — Думаю, на ней не играли ничего, кроме жиг. Моя мама никогда ее не одобряла. Она говорила, что такая музыка подходит только для пивных.
— С такими способностями ты всегда сможешь найти работу, — заметил Джек. — А куда вы пойдете завтра? У вас уже есть планы?
— Думаю, они есть у Сэма, — ответила Бет. — А ты что будешь делать?
— Пойду к другу, — сказал Джек. — Это не бог весть что, вроде меблированных комнат, но сойдет на первое время, пока я не найду работу."
"— И где ты хочешь работать?
— Где угодно, лишь бы там хорошо платили, — ответил Джек.
— Нанять меня?! — воскликнула Бет. — Чтобы я играла на скрипке?
— А разве ты не этим собиралась заниматься? — озадаченно спросил Джек.
— Я думала, что буду выполнять работу по дому или же служить в магазине, как в Англии, — ответила она.
Джек хмыкнул.
— Да ты с ума сошла, если собираешься это делать, когда у тебя в рукаве припрятан такой талант.
— Но разве они возьмут на работу девушку?
— Это привлечет их еще больше, — сказал Джек. — Особенно такая красавица, как ты.
— Спасибо тебе, Джек. — Девушка слегка покраснела.
— Я бы с радостью пришел тебя послушать, но думаю, ты и знать меня не захочешь после того, как начнешь вращаться в высшем обществе!
— Конечно же захочу! — возмутилась Бет.
— Не-а! — Он покачал головой. — Я слишком груб для такой, как ты. Твои друзья увидят мое лицо со шрамом и решат, что я какой-то бандит.
— А откуда он у тебя? — спросила она и, протянув руку, осторожно коснулась шрама.
— Его оставил мой папаша. Он бил маму, а я попробовал его остановить. А затем он схватил нож и порезал меня. Вот почему я уехал из Лондона. Не мог больше.
— Если ты защищал свою мать, то тебе нечего стыдиться, — сказала Бет и поцеловала шрам.
Неожиданно Джек обнял ее и поцеловал.
Бет испугалась, но ей не было противно. Губы Джека оказались мягкими и теплыми, ей понравилось, как он гладил ее лицо и как по спине побежали мурашки.
Когда его язык проник между ее губ, она подумала, что он слишком много себе позволяет, но чувство было приятным и она не стала отстраняться. Джек дышал все чаще и с каждым разом все сильнее прижимал ее к себе, и только тогда Бет поняла, что должна его остановить.
— Нам пора возвращаться, — сказала она, отодвинувшись от него и поднявшись. — Завтра нужно рано вставать.
