Внутри просторного особняка скрываются тайны небывалах ночи. Когда ты здесь со мной, стены исчезают, заменяясь бесконечным лесом — деревья стоят прямо у окна, как будто бы подчиняясь нашему желанию проникнуть внутрь неведомого мира. Это не просто игра в темноте, это тайная история, скрывающаяся за кажущимися простыми стенами....
И мне очень не нравится, что об этом кричат газетные заголовки."
"— Если в расследовании были какие-то ошибки, их придется признать публично, и ты это понимаешь.
— Спасибо за поддержку. Я поговорю с Лауреано, начальником тюрьмы. Хочу знать, что об этом думают он и его люди. — И он нажал на «отбой», не попрощавшись: даже Рентеро ощущал нарастающее давление.
Люди расходились, и Элена огляделась вокруг: ей нравились кладбища, они помогали ей думать. Не будь рядом Сарате, она ушла бы блуждать среди могил и читать эпитафии.
— Думаю, Мигеля Вистаса отпустят, — сказала она Сарате.
— Мы ничего не можем сделать?
— Найти убийцу — вот что мы должны сделать.
Глава 53
Глянув в зеркало у себя в камере, Мигель решил, что похудел, при том что всегда был полноватым. Щетина скрывала заострившийся подбородок и бледность лица. Осторожно, медленными движениями он поднял повязку на животе, чтобы осмотреть рану. Она заживала, но все еще болела — при ходьбе, при наклоне, при повороте в постели с боку на бок. Болела почти все время.
Надзиратель распахнул дверь.
— На выход для досмотра!
Мигель снова приладил повязку, преувеличенно медленно, чтобы позлить надзирателя.
— Это можно сделать снаружи. Марш отсюда!
Он вытолкал его, мягко, но решительно. Мигель наложил повязку обратно. Теперь, когда на него никто не смотрел, он сделал это ловко и быстро. Он стоял в коридоре, наблюдая, как надзиратель обходит камеру. Что, если судья уже вынес постановление об освобождении, что, если отныне Мигель снова хозяин своей судьбы? Голова закружилась, на мгновение стало страшно после размеренной жизни, когда ничего не надо делать и все решают за тебя, вновь оказаться на улице.
Шла обычная проверка. Странно, давно их не проводили. Нет, на обычный обыск не похоже. Рвение надзирателя выглядело избыточным. Он уже ощупал матрац в поисках тайника с наркотиками, провел пальцами по швам плитки на случай, если вдруг одна из них отошла, перебрал книги и рисунки, снял со стены фотографии, чтобы проверить, нет ли чего с обратной стороны.
Нет, это не обычная проверка. Мигель знал случаи, когда охранники подбрасывали в камеру пакетик с наркотиками, чтобы подставить ее обитателя, подвести под новую статью. Так они сводили счеты с заключенными за жалобы и мелкие конфликты. Надо следить за ним, ведь адвокат предупреждал его, он говорил именно об этом. «Они будут рассматривать тебя под микроскопом.
