Автор
В забытом уголке города жила мать и сын-смешанный питомец Лиса Патрикеевна и Цыпленок. Жизнь казалась обычной до того момента, как пришел незваный гость — хуже кота, разметавший все порядки в доме. Наполненная любовью Лиса Патрикеевна ищет гармонию между новым членом семьи и старыми традициями....
– Катя ее родственница, – покраснела Надя, – значит, Рине следует подкидыша воспитывать! И вообще, Розалия согласия на брак сына не давала.
– Ну и ну, – только и смогла выдавить я."
"– Слава Богу, Виктор быстро женился снова, уехал в тьмутаракань к супруге вместе с малышом, – тараторила Надя. – Все на место встало! Мальчик, которого Катя бросила, вырос – и это Никита.
– Подожди, – попыталась я притормозить Бровкину, – у Никиты отчество – Сергеевич. А ты сейчас сказала, что его отец – Виктор!
Бровкина быстрым шагом вышла в столовую.
– Никита Сергеевич, как зовут ваших родителей?
– У меня их четверо, – сообщил гость, доедая овсянку, утопленную в варенье. – На свет я появился от Кэт и Виктуара!
– Поди, французы они, – прокомментировала Надежда.
– Мама куда-то пропала, – продолжил Никита, – папа женился на Элен, она меня воспитывала. К сожалению, Виктуар умер, когда мне только четыре прозвенело. Мама Элен вышла замуж за Сержа, тот меня усыновил. По паспорту я Сергеевич, по крови – Викторович.
Потребовалось некоторое время, прежде чем до меня дошло: Ванькой гость величает Ивана Никифоровича.
Никита отодвинул от себя пустую тарелку.
– Хочется бутерброд с маслом, сыром и колбасой.
– Со всем разом? – уточнила Бровкина.
– Да, – потер руки Никита. – И хорошо еще сверху положить маринованный огурчик. Только порежьте аккуратно, не рубите кусками толщиной в три пальца бегемота. Тоненько надо. С удовольствием съем три… нет, четыре таких сэндвича.
– К кому сегодня направляешься? – осведомилась Рина.
Никита Сергеевич горестно вздохнул.
– Мне надо сделать УЗИ брюшной полости.
– Хорошая идея, – одобрила мама Ивана Никифоровича. – Но вроде ты вчера на такое исследование ходил.
– Ну да, – подтвердил обжора.
– Зачем тогда опять его проходить?
Никита насупился.
– Я записался в другую клинику. В той, где я был, ничего не увидели.
– Так это же хорошо, – вступила в беседу Надежда Михайловна, – когда нет никаких изменений в органах.
– Не увидели они мои внутренности. Аппарат плохой, старый, сломанный. Водила врачиха по животу утюгом, бубнила себе под нос: «Ничего разобрать не могу». Велела записаться к диетологу!
– У него хороший аппарат УЗИ? – предположила я.
– Нет, – отмахнулся Никита. – Просто докторша идиотка – глупая, как пробка. Не сумела меня исследовать и решила избавиться от пациента.
