Он порой несдержан, признаю, но потом волна откатывает, и мы получаем замечательного Андрея Степановича.
– Верно, – согласился сын. – И он просто орет и матерится, а прадед мой, которого хорошо помню, лез в драку. Проклятие девицы Аленушки. Мне его, слава Богу, почему-то не досталось. Узнал я о семейной тайне, когда в институт поступил. Все детство мое, школьные годы прошли в походах по врачам. Подерусь с кем-то в садике – мама меня тащит к психиатру! Поругаюсь с одноклассниками? Опять к Иосифу Львовичу. Один раз вышел в коридор, а мама в кабинете осталась.
Дверь я неплотно прикрыл, хотел услышать, что медик маме скажет. Радзинский громко разговаривал всегда, он заявил: «Душечка! Оставьте парня в покое. Не вижу у него никаких отклонений. Он не девочка, поэтому дерется. Того, чего вы боитесь, не наблюдаю пока». «“Пока”? – переспросила мама. – Значит, оно возможно?» «Нет, – отрезал врач, – не та генетика. Через вас ничего передаться не может». Вот я удивился! Пристал к маме с вопросами. Она молчала.
Я уже студентом стал, а меня, если вдруг на что-то слишком эмоционально отреагирую, опять к врачу тянут. Один раз хоккей смотрел. Когда шайбу забили, я вскочил, исполнил победный танец. И на следующий день Татьяна Николаевна меня к Иосифу Львовичу повела. А не пойти я не мог – мама начинала плакать. А потом мама увлеклась интернетом. Появилась программа «Ай-си-кью». Помните ее? «Ку-ку»!
Я кивнула.
– Когда мама начала плавать в Сети, она стала менее тревожной, – продолжил Роман.
– А потом сказала: «Ты уже взрослый, расскажу правду». И рассказала, что Андрею Степановичу из-за проклятия сестрицы Аленушки достались припадки злобы. Я могу сойти с ума, весь покрыться волосами, превратиться в оборотня! Поэтому мама меня к психиатру и возила! Я решил не волновать ее, стал за собой следить, не дрался, научился в любой ситуации держать лицо, очень потом в бизнесе пригодилось.
– Да, – кивнула Татьяна. – Когда с Андреем в первый год нашей семейной жизни случился припадок злобы, я хотела от него уйти.
Но удержалась, потому что свекровь, царствие ей небесное, рассказала о проклятии, объяснила, что Андрюша просто вспыхивает и быстро успокаивается. А вот что с его детьми будет, неясно, поэтому, когда Рома родился, я от страха голову потеряла. Ждала, что у мальчика начнутся качели настроения, как у отца."
"– Порой хотелось изобразить перед ней настоящего Миронова, – засмеялся Роман, – стул, например, в окно швырнуть! Но не актер я.
