Автор
Взрывается мир моды в одной секретной уборщице: Эва попадает в деликатную ситуацию, где её профессиональная беспомощность вызывает бурные недовольства. Однако она не оставляет шанса на провал и берётся за дело, внедряясь как настоящий модный креативист Ольга.
— В общем, вы мне очень приятны, Адам Данилович, как мой босс, разумеется, — добавила она, вновь упираясь взглядом в стол перед собой. Она не знала, смотрит ли на неё Левандовский, но от того, чтобы всё же решиться и взглянуть на него, её избавил вошедший в кабинет юрист.
— У меня нет никаких условий и пожеланий, — выпалила Ева сразу, как только Юрий Ростиславович устроился за столом, предварительно положив на него какие-то бумаги. — Я подпишу всё, что скажете, и что нужно Адаму Даниловичу. Даже если там признание в убийстве Кеннеди.
Она пыталась хоть как-то перевести разговор в то русло, в которое он направился при знакомстве с Левандовским, и в котором находился до того момента, как босс сообщил Лучаку про их свадьбу с Евой. Но на этот раз получалось как-то натянуто, и весёлых ноток в её словах почти не было.
— Хотя, я очень надеюсь, что обойдётся без подобного.
Что она несёт, черт бы ее побрал?
Адам слушал свою секретаршу со всё нарастающим удивлением. В ней не осталось и следа той фурии, что вчера устроила аншлаг в бутике «Prada», какого там не видали даже в день открытия.
Единственное, чем он мог хоть как-то объяснить ее очередное преображение — это тем, что ей действительно до такой степени нужны деньги, что она пошла на попятный. Нужны настолько, что сидит сейчас напротив него — извращенца и мерзавца — тише воды, ниже травы, и даже не кривится.
Вот только он ни черта не верил ни единому ее слову.
Откровение же про Кеннеди доконало Левандовского окончательно.
Он расхохотался — громко, не сдерживаясь, и не столько над ее попыткой пошутить, сколько над всем происходящим.
