В новолуние, когда первые лучи восходящего солнца медленно пробиваются сквозь туманы утренней ночной битвы, мир напоминает о своих временах. Казалось бы, молитвы прошлого уже не отзываются в этом небе, но еще можно услышать их эхо среди звуков природы и человеческих голосов утром....
На исходе четвертых суток вышли в лесок на окраине Дубовой рощи. Я переоделся крестьянином. Со Скориком договорились, если через двое суток я не вернусь, то он отправляется в обратный путь, на обнаруженном посту австрийцев постарается захватить в плен офицера."
"Я обратил внимание, что движение саней в деревню и обратно не прекращалось, крестьяне везли какие-то мешки, вязанки дров, слышал повизгивание свиней. Армию нужно кормить и обогревать, потому-то лошади трудились вместе с людьми. Решил пристать к одному из обозов.
Обошел всю деревню, посмотрел сколько войск в нее набилось. Деревенька приличных размеров, навскидку дворов двести. Даже несколько питейных заведений работало, и пускали туда всех подряд, правда, предпочтение отдавалось солдатам, их примерно батальон расквартирован. Странно, штаб армии находится здесь, а постов вокруг села нет.
В один из таких трактиров, кабаков или таверн протиснулся, заказал на ломанном немецко-чешском языке чарку сливовицы и тарелку каши. В плохо освещенном зале с трудом нашел свободное место за столом, где сидели крестьяне, к солдатам подсаживаться не стоит. Никто на меня внимания не обращал. Пришел еще один крестьянин покушать и выпить, погреться маленько.
Кушал не спеша, больше слушал. Ох, уж эти венгры с австрийцами, ну, неужели тяжело говорить по-немецки, а то несут такую смесь языков, что не сразу поймешь, о чем идет речь. Да я и сам при заказе постарался коверкать слова. Сколько не слушал, ничего от крестьян толкового не услышал, от солдат тем более, они все рассказывали скабрезные истории о похождениях какой-то Вильты, переспавшей чуть ли не со всем батальоном. Сидеть в трактире хорошо и тепло, но надо искать «Артура» и место для ночлега, похоже, с закрытием заведения меня отсюда попросят.
