В новолуние, когда первые лучи восходящего солнца медленно пробиваются сквозь туманы утренней ночной битвы, мир напоминает о своих временах. Казалось бы, молитвы прошлого уже не отзываются в этом небе, но еще можно услышать их эхо среди звуков природы и человеческих голосов утром....
Пойдет вал пленных, их всех нужно пропустить через густое «сито» допросов, чтобы получить важные сведения.
Как-то в начале января, вечером, ко мне в комнату зашел подполковник Волков.
– Не помешаю, Станислав Владимирович? – справился начальник. – Увидел свет, выбивающийся из-под вашей двери, решил зайти. Не прогоните?
– Если зашли, значит, у вас ко мне дело.
– Просто хочу поговорить. С молодыми офицерами об этом рано вести беседы, они еще слабо ориентируются в политике.
– Политика, Дмитрий Александрович, дама распутная, грязная и неблагодарная.
– Я вполне серьезно, – насупился подполковник. – Вас не настораживает, что почти во всех подразделениях корпуса созданы дивизионные, полковые, батальонные, ротные, батарейные и взводные солдатские комитеты. В каждом расчете или отделении есть свой агитатор. Я неоднократно слышал, о чем говорят агитаторы с солдатами, к чему призывают, какие прокламации дают читать или сами вслух читают неграмотным.
– Настораживает.
– И только? Надо же принимать какие-то меры!
– С принятием мер опоздали лет на десять.
– Полагаете, революция будет?
– Будет, и, несомненно, приведет к перестрелке.
– Да разве такое возможно?
– У нас война, Дмитрий Александрович, под ружьем миллионы вчерашних крестьян и рабочих. Стоит в одном месте зажечь огонек, в остальных местах вспыхнут настоящие костры, к сожалению, погребальные, по нашей Отчизне.
– Куда смотрит Отдельный корпус жандармов?
– А кого из агитаторов корпуса скрутили жандармы?
– С начала войны – никого и до этого ограничивались беседами. Да, ты тут воюешь, за Отечество радеешь, и вдруг все, сдайте оружие, власть поменялась, в ваших услугах не нуждаемся.
– Трудно сказать. У наших противников тоже не все гладко, социалисты и националисты воду мутят, конечно, не так, как наши революционеры, но беспокойство вызывают.
– Ладно, давайте отдыхать, завтра начинается наступление.
Откровенно говоря, я уже устал говорить о надвигающейся на Отечество опасности в виде революционного хаоса, но правду никуда не спрячешь.
