Автор
Евгения молча смотрела на своего мужчину, который нерешительно двигал головой. Она рухнула на колени возле кровати, как во сне, не замечая ничего вокруг. Звук закрытой двери лекаря подчеркивал скоротечность их оставшихся мгновений. Все будет завершено скоро.
— Лиата. Прошу прощения, но мне нужно отойти, — уронил Шинар, вернувшись.
— Что-то случилось?
Он на миг задумался и всё же пересказал мне суть. Очень кратко, но нигде не соврав.
— Может, мне сопроводить вас? — рискнула предложить я вежливо.
— Нет. Я постараюсь скоро управиться. Если что-нибудь понадобится — слуга у дверей, просто зовите. Если пройдёт больше трети часа или вам наскучит ждать, не терзайте себя, возвращайтесь к своим занятиям.
Я только робко кивнула.
Интересно… судя по тону принца, он полагал, что я сбегу, едва ноги унесут его за поворот коридора.
Не тратя времени на подготовку, Шинар уже выходил за посыльным. Скоро дверь хлопнула, оповещая, что принц покинул свои временные владения.
А я осталась… почти одна.
Меня стережёт охранник в гостиной. Это стоило осмыслить. Он замер где-то там, у самого входа, за стеной и без какого-либо намерения беспокоить принцессу. Значит, лучшего шанса и ждать не стоит.
Я дала себе ещё минуту-другую перевести дух, привыкнуть к воцарившейся тишине… Невидимый слуга не издавал ни звука. В гостиную, тем не менее, мне путь заказан, как и в спальню, остаётся кабинет.
Собравшись с силами, я встала из-за стола.
Аккуратно. Как затаившаяся крольчиха — зверем опаснее я себя не посмела бы считать. Шагнула на мысках по зелёному ковру. Туфли, на счастье, тщательно выбраны для этой встречи: с мягкой подошвой, почти без каблука. Дверь впереди приковывала взгляд.
Стоило лишь слегка нажать — и деревянная преграда поехала внутрь.
О Боги, я почти верила, что она окажется заперта! Неужели в кабинете Шинара не найдётся ничего интересного?
Мои сомнения развеялись минутой позже. Новая комната встречала темнотой, пришлось взять зажженный канделябр из приёмной — тише, тише! — и с ним уже вернуться. Три огонька разогнали молодую ночь и явили глазам вполне зловещие картины.
Я… застыла на самом краю мелового круга.
Странный узор струился по полу. Белый или голубоватый — сейчас не разобрать. Толстые, уверенные линии покрывали каменный настил, разбивали его на мелкие овалы и треугольники. В центре этого рисунка, у закрытого окна стояла на треноге… жаровня. Не самый частый предмет в мужском кабинете, но я сразу поняла, зачем она здесь!
Из описаний в моей кровавой книге. Из кратких, но дельных разговоров с придворными магами.
