Вернувшись к началу третьего тома после долгих лет ожидания, читатели наконец получают долгожданные откровения о принце, которого все ожидали с нетерпением. Несмотря на годы тишины и множества неизвестностей, возвращение к этому секретному циклу приводит к увлекательным открытиям и непредсказуемым событиям....
– Нам жаль, что так вышло с твоими родителями, – произнёс я, чтобы уж хоть что-то сказать и прервать неловкое молчание.
Он не ответил.
Прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, Эдвард молча наблюдал за тем, как я пытаюсь успокоить Скэриэла. Я вопросительно посмотрел на Эдварда, а тот в ответ бросил недоверчивый взгляд на Лоу и слабо мотнул головой, как бы говоря «не верю».
Скэриэл громко всхлипнул."
"– Прекращай. – Мой голос звучал нерешительно.
– Можете… – тихо начал Скэриэл, он повернулся к нам и довольно закончил: – Можете сходить за пиццей?
Я замер в изумлении. Лицо Скэриэла раскраснелось из-за того, что он его тёр, но никаких слёз не было.
– Господи, да вы серьёзно повелись? – рассмеялся он. – Да что вы как дети малые.
Я слышал, как позади меня Эдвард грязно выругался.
– С таким не шутят, – в гневе бросил я.
– С каким? – хитро прищурившись, набросился Скэриэл.
– Вот и прекрасно, – проговорил Эдвард, – а то подумал, что всё, приплыли, ты дал слабину. Никогда так больше не делай.
Скэриэл довольно улыбнулся.
Я был зол. Даже скорее не на Скэриэла, а на себя.
«Пройтись по семейке Хитклиф? Даже по Готье?»
Я не озвучил это.
– Что ты задумал? – Я встал, скрестив руки на груди.
– О, ничего нового. – Скэриэл развёл руками. – Уничтожить Академию Святых и Великих, свергнуть Совет старейшин, и, – он драматично задумался, – ах да, и заполучить власть в стране. Если Гедеон жаждет поиграть со мной в старшего брата, то я с радостью приму эти правила игры.
– Гедеон опасен, – напомнил я.
– Я тоже, – ухмыльнулся Скэриэл и посмотрел на меня так, что мурашки побежали по коже, – Обещаю, Уильям Хитклиф пожалеет, что когда-то связался с полукровкой.
– Я уже жалею, что с тобой связался, – затушив сигарету в пепельнице, с раздражением бросил Эдвард и ушёл в ванную комнату.
– Это в тебе говорит голод! – с хитрой улыбкой крикнул ему вслед Скэриэл, – Так как насчёт пиццы?!
12
Кэмерон нервно барабанил пальцами по рулю, напряжённо вглядываясь в полуразрушенный дом напротив. Из разбитых окон виднелись обшарпанные стены.
