И если не знать откуда она родом и сколько за её и плечами лет, женщиной там, в той Империи, потом искином со строго ограниченными функциями, то разницы с рождённой естественным путем не увидишь.
Одно у неё осталось от искина — твёрдость характера. Если сказала — Нет! — то так и будет. Хоть ты тресни и тут Синцову не позавидуешь. И пришлось Максу ещё пару часов торчать в этом помещении опостылевшей за частые посещения.
Итог был таким. Нейросети нет, симбиота тоже. Его центральный, мыслящий узел и проросшие по всему телу отростки, вторую нервную систему, удалили.
Предполагают, что удалили, а как там на самом деле покажет только время. Слишком сложная операция и диагностика результатов, даже для такой продвинутой медицины. Новый симбиот, резервный, что у них оставался на всякий случай, внедрили. Приживётся ли, и будет ли с него толк, станет ясно через семь, десять суток.
— И всё это время шарахайся как слепой крот, — хмуро подытожил Макс, — Без связи с командой, с Диком, с его искинами, — и полез рукой к внезапно зачесавшемуся затылку, — Хреново.
— Ну почему же, — возразила Линни, — Через личный искин, есть у него функция коммуникатора. Мыслесвязи не будет, будет голосовая. Дика я предупредила. До точки назначения далеко, за это время что-то да заработает...
Оборвала фразу и о чём-то задумалась.
За это время, Макс, недовольно буркнул, — Ну да, теперь подстраивайся к нему...
Личный искин у него был, практически такой же браслет что и тот, древний с Ченом, но не прижился. Не нравилось, было с чем сравнить.
Может и зря, не пришлось бы сейчас привыкать.
Тем временем, Линни вынырнула из размышлений и твёрдо добавила, — Для вас, нашего лорда, лучше бы симбиот..
— Как бог даст, — неопределённо кивнул Макс и на пару секунд задумался, — Куда идти? В каюту, или в рубку?
В рубку бессмысленно, кроме урезанной вахты там никого, а поднимать с постели с одной целью — обрадовать, что он вернулся. До такого он ещё не дошёл.
— В каюту, — решил Макс, — Отдохну хоть по человечески.
Как здесь проводятся операции, не вникал.
Специально. Несмотря на их абсолютную безопасность, знать каким образом из тебя вытаскивают инородные предметы, режут тело, как дома, или запускают внутрь, через артерию, мелкого медицинского дроида — двухсантиметровую гусеницу, а то и более крупного паучка, не хотелось.
Придерживался принципа — Меньше знаешь, крепче спишь. Но двенадцать суток в медкапсуле, это двенадцать суток. Это не сон, беспамятство, от которого не отдыхаешь.
