От пронзительного взгляда обсидиановых глаз незнакомца по спине героя Мо пробежал неприятный холодок. Лицо этого человека показалось Мо Хуайкуну смутно знакомым, но он не мог сообразить, откуда. В безуспешных попытках освежить память он заметил, как губы Вэнь Кэсина изогнулись в кривой ухмылке. В тот момент Цао Вэйнин рассказывал о связи Вэнь Кэсина с другим мужчиной и глубине их взаимных чувств. Мо Хуайкун хмыкнул, подумав, что на самом деле в господине Вэне днём с огнём не отыщешь ни одной добродетели. Терпение Мо Хуайкуна внезапно иссякло, и он рявкнул на своего наивного шичжи:[168]
— Когда уже ты заткнёшься?
Цао Вэйнин захлопнул рот, жалея, что не может его зашить.
- - - - -
Несколькими часами позже Чжоу Цзышу, наконец-то отыскав подходящую таверну и утолив голод, расслабленно потягивал вино, прислонившись к ограждению балкона. В это время какой-то человек подошёл к паре своих знакомых за соседним столом и шепнул им несколько слов. Те спешно расплатились и поднялись, не закончив обед. Чжоу Цзышу огляделся и с удивлением отметил, что таверна успела наполовину опустеть. Он придержал за руку одного из торопившихся к дверям посетителей:
— Что-то случилось?
— В поместье Гао изловили призрака и выставили на всеобщее обозрение! — объяснил тот.
Чжоу Цзышу сосредоточенно нахмурил лоб: Гао Чун поймал призрака, не выходя из дома?
За довольно короткое время Чжоу Цзышу успел натолкнуться на двух выходцев с горы Фэнъя. Без сомнения, призраки собирались и дальше будоражить цзянху, но что означал сегодняшний поворот событий?
Призраками становились из отчаяния и страха понести наказание за совершённые злодеяния. Для таких потерянных душ гора Фэнъя была единственной возможностью задержаться в бренном мире. Пойти на смертельный риск и пробраться в поместье Гао Чуна, где в данный момент роились герои со всего цзянху — какой самоубийца решился бы на подобное? И зачем понадобилась такая срочность?
Неужели Кристальная броня открывала путь к настолько чудесным секретам? Или, наоборот, тайна Брони была слишком ужасна? Поэтому Гао Чун провернул неуклюжий трюк и разыграл поимку призрака, чтобы отвлечь всеобщее внимание от неудобных вопросов?
Чжоу Цзышу так погрузился в размышления, что столкнулся с кем-то на выходе из дверей.
— Прошу прощения, — машинально пробормотал Чжоу Цзышу, прежде чем увидел, на кого по рассеянности налетел. Это был ученик Древнего Монаха с горы Чанмин.
У поражённого Чжоу Цзышу мелькнула нелепая мысль: «Бессмертный проголодался?».
— Ничего страшного, — ответил ученик Монаха, оправив свою накидку.
Чжоу Цзышу посчитал инцидент исчерпанным, и собрался восвояси, когда тот добавил:
— Я слышал о тебе от мальчишки из школы Цинфэн.