Чжан Чэнлин от души сочувствовал старшему Вэню. Пусть он и не был той невестой, которую можно с гордостью представить семье и друзьям, но с готовкой и бытовыми обязанностями справлялся весьма успешно. Лишённый светской грации, в бою Вэнь Кэсин был грозным противником. Кроме того, он обладал крепким телосложением и не требовал дорогих подарков. Чжан Чэнлин от всего сердца сожалел, что шифу отвергает поистине одарённого человека.
Чжоу Цзышу не хотел участвовать в этом фарсе и развернулся к Чжан Чэнлину:
— Ты! Остаёшься в гостинице. Я отлучусь на несколько дней, чтобы прощупать скорпионов. Жди тут и не высовывайся.
— Шифу, позволь пойти с тобой! — взмолился Чжан Чэнлин.
— Пойти со мной, чтобы что? Путаться под ногами?
Чжан Чэнлин от этих резких слов надулся, но нежелание расставаться пересилило, и он предпринял ещё одну попытку достучаться до строгого наставника:
— Шифу…
Чжоу Цзышу пнул мальчишку под зад:
— Что ещё? Хочешь, чтобы я тебя к груди приложил? Пропади уже! И помни, если по возвращении я не замечу прогресса в твоём паршивом кунг-фу, то переломаю тебе ноги!
Горемычный Чжан Чэнлин уныло поплёлся прочь. По пути мальчик пытался подсчитать, по сколько раз на дню учитель грозится сломать ему ноги, и жалел, что не может превратиться в многоножку.
Увидев, что Чжоу Цзышу направляется к выходу, Вэнь Кэсин метнулся ему наперерез со словами:"
"— Я! Я пойду с тобой!
Чжоу Цзышу одним прыжком отпрянул от него, указывая пальцем на мешочек с орехами с таким видом, будто в нём притаились пять ядовитых существ и четыре вредителя.[376] Вэнь Кэсин примиряюще улыбнулся, быстро свернул мешочек с лакомством и спрятал его в недрах одежд. Затем он отряхнул руки от оставшихся крошек и последовал за Чжоу Цзышу, больше не возражавшим против его общества.
Добравшись до окраины города, они миновали пышный цветущий сад и через небольшой переулок вышли к гудящему от гомона людских голосов павильону. Вэнь Кэсин осмотрелся, почувствовав хорошо знакомую атмосферу: приглушенное освещение, воздух, напоенный ароматами благовоний, духов и вина… они оказались у входа в бордель. Со странно переменившимся лицом он указал на верхний балкон, где певица играла на цитре.
— Неужели логово Ядовитых скорпионов находится в… таком месте?
— Будет тебе! Можешь перестать притворяться человеком высоких моральных устоев, незапятнанный лотос Вэнь, — с долей ехидства ответил Чжоу Цзышу и переступил порог заведения.
Вэнь Кэсин поспешил оттащить его назад и тихо напомнил:
— Но ведь… у тебя уже есть молодая супруга, которая желает присутствовать при твоём сне…[377]
Чжоу Цзышу подхватил спутника за подбородок и смерил его лицо оценивающим взглядом. Вэнь Кэсин смотрел в ответ глазами, полными нежности.