Дела потянулись к окну в поисках лучшей освещенности. Она глядела на спокойную Неву, никуда не торопящуюся и медленно текущую под стеклами. Снег сыпался в Санкт-Петербурге, создавая белую завесу над городом, словно застилая его тишиной.
«Что значит «у него горе»?! А у тебя?! Вы же одна семья, муж и жена, или я чего-то не понимаю?! Если беда у одного, то беда и у другого! Ты же живешь с ними в одном доме, с его родителями, они сына твоего растили, вы ведь ели, пили вместе, делили жизнь и хозяйство пополам!»
Юлька растерялась от непонимания и искреннего негодования.
Как же так?!
Ей стало так обидно, так обидно за Илью, за его замечательных родителей. Юлька поняла, что способна сейчас врезать в морду этой идиотке!
Они же общались, разговаривали не один раз, отмечали иногда вместе праздники и дни рождения, и Лена казалась ей разумной, интересной.
Или Юлька чего-то не увидела?
Лена же, не прочувствовав и даже не заметив Юлькиного настроения, добавила масла в огонь:
– Я так благодарна вашей семье, Юлечка, за то, что вы нам помогаете!
Юлька подскочила с места, стул проскрежетал по половицам веранды, отодвинутый резким движением.
«Да пошла ты знаешь куда?! Коза драная! Кто тебе помогает?! Мы делаем все для Ильи!» – проорала мысленно Юлька, испытывая непреодолимое желание навалять этой сучке.
Она уже набрала воздуха в грудь, чтобы выпалить невысказанные слова Лене в лицо, но положение спасла Галина Ивановна. Мудрая, все видящая и понимающая женщина поспешила предотвратить взрыв:
– Правильно, Юлечка, пользуйся моментом, иди, порисуй.
– Конечно, – подхватила Леночка, не знавшая, какой разборки полетов только что избежала. – Юлечка, я займусь Тимошкой, а ты отдыхай. Правда, я вечером уеду, мне завтра на работу.
«Да пошло оно все!» – подумала Юлька и, ничего не говоря, молча ушла с веранды.
Она устроилась в любимом месте, на изгибе реки.
Красота здесь потрясающая! Река поворачивала величаво и медлительно, от того берега простиралось, поднимаясь по холмам, поле, упиравшееся в величественно стоявший на пригорке сосновый лес.
Юлька рисовала. Но когда солнце стало закатываться за лес, замерла от красотищи, задумалась. Сердце тихо плакало от соприкосновения, проникновения в этот необыкновенный момент мимолетной и такой величественной в простоте красоты. Юльке показалось, что она растворяется, став на мгновенье частью заката, леса, поля и неторопливого бега реки.
