Автор
Ольга Коваль становится свидетелем убийства замминистра и вынуждена вступить в программу защиты свидетелей. С новым именем и внешностью она отправляется в приграничный город на Дальнем Востоке, где её ждёт опасная встреча с человеком из её прошлого. На грани жизни и смерти героиня должна...
Похоже, «Дальний и Ближний (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Деньги и без неё можно заработать.
— Всё с тобой понятно! — разворачивается и идет прочь. Возвращается. — Не подходи ко мне. Понял? — смотрит гневно, краснея от злости.
— Алина! — бегу за ней. — Это же шутка была…
— Дурак ты, Морозов! И шутки у тебя дурацкие. Отвали! — отпихивает, когда я перекрываю ей дорогу.
Ну, нет! Только помирились же… Нельзя так…
Удар кулаком в стену.
Ай, блядь! Больно! — трясу рукой.
Костяшки в кровь.
* * *Три дня уже дуется. На звонки не отвечает, сообщения игнорит. Что мне опять у Михи праздник закатить среди ночи, чтобы её на разговор вывести?
Зачёт, кстати, на отлично сдала, и стоило так переживать.
Решение проблемы подкидывает, как ни странно, её лучшая подруга Красникова.
— Ребят, послушайте! — встаёт у доски и кричит на весь кабинет. — На выходные собираемся на турбазу Мухинка, желающие должны сдать мне по пять тысяч рублей до пяти часов завтра. Потом я буду бронировать места. Принимаю налом и на карту. Кто не сдаст, значит, не едет.
Придётся переступить через себя и поехать. Не фонтан, конечно, идея, но я другого выхода не вижу.
Только вот всё едва не срывается. Я случайно слышу, проходя мимо, как Белка говорит, что не поедет, потому что ещё зарплату не получила.
Э, нет! Я изменяю своим принципам, а ты решила не ехать? Не прокатит!
— Красникова, — торможу её в пустом коридоре после занятий.
— Что тебе, Морозов? — останавливается и смотрит с явным пренебрежением.
— Сделай лицо попроще — народ потянется.
— В остротах тренироваться не на ком? — скрещивает руки на груди.
Кривит высокомерно губы.
С каких пор ты такая? Раньше совсем другая девочка была. Покладистая.
Сам виноват.
Достаю из кармана две пятерки и протягиваю ей:
— За себя и Белкину…
Её брови ползут вверх, а на лице рисуется недоумевающая ухмылка.
— Ты? С нами? Не порть погоду, Морозов!
— Представь себе…
— У тебя со здоровьем всё нормально? Или после того, как собаки покусали, ты решил от общей массы не отрываться, так сказать — влиться в стаю? Я тебя не узнаю, — нагло.
— Я тебя тоже. Раньше ты такой язвой не была, особенно когда любовные записки мне писала, — загоняю её в угол.
Глазки растерянно бегают, а на щеках вырисовывается румянец.
Об этом никто не знает, кроме нас двоих.
— Берёшь? — опять протягиваю деньги.
Она пару секунд поколеблется, а потом вырывает их у меня из рук.
— И как я объясню Алине, кто за неё заплатил?
— Скажи, что одалживаешь ей до зарплаты, — накидываю вариант.
