Автор
Весна 1458 года в Франции: нежные раскидистые деревья и ярко окрашенные поля. Бернар, мужественный сбежавшийся на набеге, свисает с плеча девушку, которая едва дышит. Её захватил в стылек Чарльз Де Во, граф, требующий ответов на вопрос: зачем привел он её сюда?
— А почему бы тебе тоже не раздеться?
—Ты хочешь, чтобы я сидел за столом без одежды?
— Я же исполнила твое желание, теперь ты исполни мое, — попросила Эвери, усаживаясь за стол.
Камерон смущенно снял набедренную повязку. Странное это было чувство — смущение, и, пытаясь преодолеть его, он быстро налил себе вина. Усевшись напротив Эвери, он мысленно похвалил себя за то, что не пожалел денег, чтобы сделать сиденья кресел мягкими. Да и затопить очаг тоже, оказывается, была неплохая идея, подумал он, принимаясь за еду.
За ужином они практически не разговаривали. Камерон не отрывал взгляда от тела Эвери, скрытого полупрозрачным одеянием. Она смотрела на него с такой же жадностью.
— Детка, — произнес он, откинувшись на спинку кресла и прихлебывая вино, — ты так на меня смотришь, что я начинаю думать, что быть мужчиной не так уж плохо.
Эвери встала и обошла вокруг стола.
— Как ты красив, — восхищенно прошептала она, встав у него между ног. — Такой сильный… — Она провела руками по его широкой груди.
По телу Камерона пробежала сладкая дрожь.
— О Эвери, как мне хорошо, — застонал он, ставя кубок на стол. — Как бы мне хотелось подольше наслаждаться твоими ласками…
— Но ты всегда меня останавливаешь, — укорила его Эвери.
— Детка, я… —У Камерона перехватило дыхание, и он не сразу смог договорить. — Я никогда…
— Никогда? — перебила Эвери, целуя его в плоский живот. При одной мысли о том, что она может дать ему то, чего он никогда не получал от других женщин, Эвери почувствовала приятное возбуждение.
— Никогда, — подтвердил Камерон и погрузил руки в ее волосы. Подняв голову, она взглянула на него. — По правде говоря, я никогда не получал больше парочки поцелуев. Я слышал, как другие мужчины хвастались, что… —
Он запнулся, не зная, как закончить фразу, не оскорбив грубыми словами нежных ушей Эвери.
— Сегодняшняя ночь — ночь исполнения всех желаний, — торжественно провозгласила Эвери, целуя его в грудь.
