Автор
Волна мглистых метели ослепила линзу автомобиля. Дорога за окном превратилась в непривычный для этих холодных дней хрустальный мост. Выглянув из-под капота, женщина увидела незнакомого пса на выносной платформе, словно заблудившийся среди машин, что делало ситуацию еще более запутанной и загадочной....
Радов усадил меня в большое кресло, сам устроился напротив и ласково спросил:
– Руки, ноги замерзли? Сейчас почувствуете, как они теплеют и становятся тяжелыми. Вам делается очень тепло, просто жарко.
Звук его голоса обволакивал, я чувствовала, что погружаюсь в горячую ванну. Руки моментально согрелись, приятное тепло разлилось по телу и проникло в несчастную голову. Перед глазами неожиданно возникло поле, усеянное васильками. По нему, раздвигая цветы, шла бабушка, ведущая на поводке давно умершего тибетского терьера Снапика.
– Что вы видите? – спросил кто-то.
Язык помимо воли начал описывать видения. Картины сменяли друг друга. Откуда-то из глубин выплывали давно забытые воспоминания. Захлебываясь, я выкладывала самые дурацкие сведения. Потом все исчезло.
– Прошла голова? – спросил кто-то.
Я неожиданно поняла, что сижу в кресле, а Серж смотрит на меня в упор. Осторожно повертела шеей и изумилась: боль исчезла, испарилась.
– Как вы это делаете?
Серж рассмеялся.
– В двух словах не объяснить. То, что я с вами проделал, так сказать, скорая помощь, а не лечение. Просто убрал боль. Но если хотите навсегда избавиться от спазмов, следует пройти цикл лечения.
– Невероятно.
Радов пожал плечами.
– Ничего особенного, могу, если нужно, изменить формулу крови. Кстати, восстанавливал некоторых ученых после Чернобыльской аварии.
– И с раком справитесь?
Серж покачал головой.
– Вот миомы хорошо поддаются, воспаления всякие, я уж не говорю о депрессии, мигрени и давлении.
– А СПИД?
– Ни разу не приходил ВИЧ-инфицированный, – серьезно заметил профессор, – самому интересно попробовать. Ну, как голова?
– Великолепно, и бодра, как пташка.
– Прилив сил – обычное следствие сеанса.
Я вспомнила, какой активной стала Зайка, и поверила Сержу. Однако пора собираться домой. Посмотрев на часы, ахнула:
– Три часа утра? Сколько времени вы со мной возились?
Радов засмеялся:
– Немало.
– А мне казалось, всего минут десять!
– На сеансе время словно ускоряет свой бег.
Профессор встал и с удовольствием потянулся:
– Вот что, Даша, оставайтесь здесь на ночь. Домой ехать поздно, да и не отпущу я вас одну на такси. А проводить не могу – устал как собака.
– Наверно, вы правы, – согласилась я, – могу вот тут на диване.
– Нет-нет, – возразил профессор, – он очень неудобный.
