Автор
Волна мглистых метели ослепила линзу автомобиля. Дорога за окном превратилась в непривычный для этих холодных дней хрустальный мост. Выглянув из-под капота, женщина увидела незнакомого пса на выносной платформе, словно заблудившийся среди машин, что делало ситуацию еще более запутанной и загадочной....
– Вы правы, начальство сменилось. Новая метла по-другому метет. У вас раньше кто был лечащий терапевт?
Я защелкала пальцами:
– Ну эта, господи, фамилию забыла. Такая темненькая, приятная, худощавая, ну как ее…
– Татьяна Наумовна Лифшиц? – пришла на помощь кадровичка.
– Да, да, – обрадовалась я.
– Уволили, – вздохнула дама, – всех хороших врачей повыгоняли, скоро до меня очередь дойдет.
– Дорогая, – умилилась я, – вы с вашим опытом работы, умением разбираться в людях, на улице не останетесь. Кстати, вот небольшой сувенирчик из Парижа, Анна Павловна.
На свет из сумки появился флакон туалетной воды «Коко Шанель» и килограммовая коробка шоколадных конфет. Анна Павловна ринулась ставить чайник. Посудачив немного об ужасных переменах в поликлинике, кадровичка спросила:
– Чем могу помочь?
Я замялась.
– Видите ли, дорогая, тут одна более чем деликатная проблема. Пока мы с мужем работали в Париже, дочь, ей всего 23 года, оставалась одна. Приехали, а у нее бурный роман с господином Торовым, врачом из вашей поликлиники.
Анна Павловна усмехнулась:
– Господин Торов плейбой и бонвиван.
– Боже, – прикинулась я испуганной, – куда же пошла моя бедная дочка, если у него дома жена…
Кадровичка вздохнула:
– Есть у него еще одна квартира. Я совершенно случайно узнала. Как-то раз у Кирилла Петровича машина сломалась, и его отвозил наш шофер.
У милейшей Анны Павловны оказался не только заповедный адресок, но и телефончик. Мы попили чайку и расстались почти подругами. Услужливая дама сообщила, что Кирилл сейчас на приеме и раньше пяти не освободится.
Прямо из поликлиники я понеслась на Планетную. Нюхом чую, кассеты там.
