Автор
Волна мглистых метели ослепила линзу автомобиля. Дорога за окном превратилась в непривычный для этих холодных дней хрустальный мост. Выглянув из-под капота, женщина увидела незнакомого пса на выносной платформе, словно заблудившийся среди машин, что делало ситуацию еще более запутанной и загадочной....
– Мусечка, – прошептала Маня, – как ты?
– Отлично, а ты?
– Воняет очень.
Да, пахло не розами. Если не откроем в ближайшее время крышку, просто задохнемся.
В этот момент над головой загрохотало, появился свет, и грубый мужской голос произнес:
– Вот они, ловко спрятались, молодцы. Вылезайте.
Я поглядела вверх. В бачок заглядывал омоновец, в прорезях черного вязаного шлема поблескивали глаза. Я посильней вжалась в мусор, ни за что не полезу в этот кошмар и Маню не пущу. Ведь неизвестно, кто они такие.
Парень хихикнул:
– Давайте вылезайте, принцессы помойки.
Мы закивали головами.
– Меня полковник прислал, Александр Михайлович, знаете такого? Давайте скорей, а то воняет страсть!
Он протянул нам крепкую лопатообразную ладонь. Не знаю, какая сила помогла нам с Марусей одним прыжком влезть внутрь. Наружу, даже с помощью смеющегося омоновца, еле-еле выбрались. Теперь мы стояли посреди оптовки. Я выгребла из кармана консервную банку. Никогда больше не буду есть тресковую печень, вся провоняла ею, пока сидела в бачке.
Омоновец ухватил парня за волосы и повернул его голову в нашу сторону:
– Узнаете?
Я вгляделась в молодое, порочно-красивое лицо.
– Нет, впервые вижу.
Омоновец впечатал голову парня в багажник. Раздался глухой стук и слабый стон.
– Не надо его бить, – воззвала я к жалости омоновца.
– Разве мы его бьем? – удивились стоящие вокруг милиционеры и пнули задержанного по ногам, – так просто, шутим.
Дверь второй «Волги» распахнулась, и я услышала хорошо знакомый голос:
– Дарья!
Я пошла на зов.
– Садись, – сказал Александр Михайлович.
Я влезла внутрь и втащила Марусю.
– Ну что, – мирно осведомился полковник, – конец деятельности частного детектива?
– Не понимаю…
Александр Михайлович повел носом, как собака, потом сказал:
– Дашутка, не могла бы ты оказать мне любезность?
– Какую именно?
– Выйди из машины и вытряхни из капюшона объедки, а то вонища жуткая.
