В теплую идиллическую вечера на набережную заходили жители города, но только не я. Солнце безжалостно светило, создавая духоту, когда мое сердце стучало так же сильно как и жара вокруг. Я взяла с собой коляску, чтобы отвести своего спящего сына на прогулку по набережной перед закатом, где я надеялась найти то уединение, что мне требовалось в этот знойный день....
Я почти все время гуляла с Матео, а, когда приехал Ариас, под предлогом, что мне нужно что-то срочно взять на кухне, ненадолго оставила малыша с дедушкой. Я наблюдала за ними и почему-то мне казалось, что вот такие моменты были важны даже для столь холодного человека, как Марсело Ариас.
Как только наступил вечер, я покормила Матео и уложила спать. Оставила сына с Жеменес и сама пошла переодеваться.
«Предупреди няню, что тебя не будет всю ночь» — пришло сообщение от Дамиана.
«У нас особенные планы?» — спросила, думая о том, что нужно позвонить Жеменес, так как я уже покинула коттедж и как раз ехала в машине.
«Можно и так сказать».
Я хотела спросить Дамиана о том, что он задумал, но не успела. Машину, в которой я находилась, резко отбросило в сторону. Оглушающий грохот и я ударилась головой о боковую дверь, лишь на каком-то интуитивном уровне успев закрыть глаза, благодаря чему спасла их от мелкой стеклянной крошки, рассыпавшейся по салону.
Перед глазами потемнело и я, кажется, потеряла сознание, хотя, возможно, все же иногда приходила в себя, так как слышала какой-то грохот и нечто похожее на выстрелы.
Прошло еще немного времени и она выехала на дорогу.
Глава 22 Вновь
Головная боль была невыносимой. Создавалось ощущение, что мне в висок врезался нож и он раз за разом прокручивался, делая испытуемые ощущения похожими на адские пытки. Вообще состояние хуже некуда. Я постоянно теряла сознание, а, приходя в себя, не могла открыть глаза.
"Меня все время отбрасывало назад, но я, несмотря на испытуемую боль, изо всех сил пыталась вырваться вперед. Желала сделать это как можно быстрее, словно от этого зависела моя жизнь и вот, наконец-то смогла открыть глаза. Зажмурилась даже из-за тусклого света, но уже теперь более отчетливо держалась за сознание.
Место, в котором я сейчас находилась, было мне незнакомо, но, определенно, это обычная комната.
— Вы пришли в себя? Как вы себя чувствуете? — она говорила на испанском, но имела очень сильный и грубый акцент. Из-за него я с трудом разбирала слова.
