В теплую идиллическую вечера на набережную заходили жители города, но только не я. Солнце безжалостно светило, создавая духоту, когда мое сердце стучало так же сильно как и жара вокруг. Я взяла с собой коляску, чтобы отвести своего спящего сына на прогулку по набережной перед закатом, где я надеялась найти то уединение, что мне требовалось в этот знойный день....
— Проклятье, зачем же шлепать так сильно? — зашипела, потирая попу. — Теперь точно синяк останется.
— Ничего не могу с собой поделать, — Адан уходя пожал плечами. — Давала бы мне и я бы шлепал мягче. Может быть.
— Придурок, — я фыркнула и закрыла за парнем дверь.
Оставшись наедине, я посмотрела на себя в зеркало. Так странно было видеть себя в белом платье. Казалось, что это была даже не я. Слишком красивая, но невестой я себя не ощущала. f65aad
Пусть это и глупо, но мне почему-то казалось, что мы с Аданом сможем быть друзьями.
Дверь позади меня хлопнула и я, поправляя заколки в волосах, сказала:
— Адан, прекрати приходить сюда. У меня и так уже губы болят от поцелуев, — саркастично фыркнула, собираясь так же напомнить, что он вовсе не должен прикасаться ко мне.
Вот только, я больше ничего сказать не успела. В отражении зеркала увидела, что позади меня стоял не Адан.
Сразу я не поняла, что это за жуткий человек. Коротко стриженный и одетый полностью в черную одежду.
Поняв, кто это, я резко развернулась и прошептала:
— Дамиан…
— Ну, здравствуй, невеста.
Глава 24 Кошмары
О том, что Камила исчезла, он узнал сразу.
Дамиан Ариас был из тех людей, которые не поддавались эмоциям.
Лишь одна девушка раз за разом пробуждала в нем что-то. С самого детства он ею жил и ею дышал. А она, повзрослев, врывалась в душу Дамиана и чаще всего уродовала ее. Рвала на куски и изувечивала. Убивала его и рушила, а Ариас все равно желал только эту девушку, будто других не существовало.
Камила Агилар была для него всем и, узнав, что ее украли, в Дамиане проснулось нечто страшное.
Ариас приехал на место, с которого Камилу забрали и, чем дольше он смотрел на разбитую машину, а так же на разбросанные осколки стекла, испачканные кровью девушки, тем темнее становились его глаза."
"В те мгновения он без промедления отдавал своим людям жесткие приказы, но никто не знал, что на самом деле творилось в сознании Дамиана.
