В теплую идиллическую вечера на набережную заходили жители города, но только не я. Солнце безжалостно светило, создавая духоту, когда мое сердце стучало так же сильно как и жара вокруг. Я взяла с собой коляску, чтобы отвести своего спящего сына на прогулку по набережной перед закатом, где я надеялась найти то уединение, что мне требовалось в этот знойный день....
Точно такие же глаза, как были у Дамиана.
Парень медленно протянул руку вперед, явно желая убрать козырек и лучше рассмотреть ребенка, но я сразу дернулась и встала между ним и Матео.
— Не приближайся к моему сыну, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы.
— Сыну…
Я не могла понять эмоций Дамиана. Видела лишь то, что сейчас он был каким-то другим, но для меня нечитаемым. Парень еле заметно приподнял бровь и, наклонив голову набок, все так же смотрел на малыша — в его глаза. А потом, Дамиан перевел взгляд на меня.
— Сколько ему?
— Ему еще года нет, — ответила, продолжая собой закрывать сына. На Дамиана смотрела упрямо. Можно сказать, что как на врага и ненавистного человека и в этот момент ощущала, как внутри все сжималось и сознание полоснуло от паники."
"Я же так сильно хотела избежать этого. Надеялась убежать до того, как Дамиан увидит Матео.
— Сколько ему месяцев? — парень слегка прищурил серые глаза, чувствуя мою уклончивость.
— Это не имеет значения, — я качнула головой.
Глава 4 Твой
В воздухе повисла странная атмосфера и я все еще не могла понять Дамиана. Ни его взгляда, ни мимики лица, но, определенно, они действительно были другими. Парень посмотрел на погремушку, которую все еще держал в своей руке, а потом перевел взгляд на Матео. Вопреки тому, что я закрывала малыша, он частично был виден Дамиану.
Немного повернув голову, я увидела, что парень опять скользил взглядом по маленькому личику и глазкам Матео.
— Мила, это мой сын? — Дамиан опять посмотрел мне в глаза и в его собственных, обычно тусклых, сейчас загорело нечто непонятное мне.
Я от этого вопроса невольно дернулась, так, будто меня ударило молнией.
— Нет, — ответила слишком резко и громко, а потом одернула себя и, пытаясь унять быстрое биение сердца, которое в этот момент стало вовсе безумным, сказала: — Нет, не твой.
— Тогда, чей?
— У… у него нет отца.
Дамиан сдвинул брови на переносице и несколько секунд прожигал меня взглядом.
— Садись вместе с ребенком в машину, — сказал он, наконец-то разрывая тишину.
— Зачем? Я не хочу с тобой никуда ехать.
— Мы сделаем тест ДНК.
— Он не твой ребенок, — сказала упрямо. — И, тем более, я не желаю, чтобы такой ужасный человек, как ты приближался к моему сыну.
— Мила.
