В теплую идиллическую вечера на набережную заходили жители города, но только не я. Солнце безжалостно светило, создавая духоту, когда мое сердце стучало так же сильно как и жара вокруг. Я взяла с собой коляску, чтобы отвести своего спящего сына на прогулку по набережной перед закатом, где я надеялась найти то уединение, что мне требовалось в этот знойный день....
Дамиан кинул меня на кровать, так что я подпрыгнула на матрасе и ненадолго потеряла равновесие, но, вцепившись в подушки, постаралась приподняться, чтобы поправить задравшееся платье.
— Шлюх своих бросай на кровать, а меня не трогай, — зло прошипела, после чего взяла подушку и бросила ее в Дамиана. Правда, он ее с легкостью перехватил.
— С Монтеро будешь так разговаривать, — он сверкнул жутким взглядом и, ослабив галстук, снял его. Небрежно отбросил галстук в сторону, после чего сжал руки на моих щиколотках и притянул меня к краю кровати, так, что платье вновь задралось, оголяя трусики и чулки, на которые Дамиан смотрел с неприкрытой звериной яростью.
— Причем тут Адан? — я брыкалась и, вырвав одну ногу из хватки парня, попыталась пнуть его в торс. Желала сопротивляться Дамиану, с такой же силой, с которой меня тянуло к нему. Как же я сильно злилась на него и, в противовес этому ощущала, как по коже бежали мурашки.
— Почему ты постоянно говоришь о шлюхах? — Дамиан сильнее сжал мою лодыжку и укусил меня чуть выше коленки.
— Я говорю про шлюх потому, что, черт возьми, ты променял меня на них, — собственные слова распалили жуткий гнев и я, до боли стиснув зубы, попыталась опять пнуть Дамиана, но, из-за того, что я лежала на животе, сделать это было трудно.
Он одним движением расстегнул мой лифчик и сдернул лямки платья вниз, из-за чего легкая ткань складками собралась около талии и я голой грудью прикоснулась к прохладному покрывалу, которое так сильно контрастировало с моей разгоряченной кожей.
Судорожно вздохнув, я почувствовала то, как грубые ладони Дамиана взобрались под низ моего платья, сразу прогоняя по телу обжигающие огоньки. Пробуждая во мне нечто податливое и показывая, кто настоящий хозяин моего тела. Кто заставлял меня гореть, дрожать и вновь ощущать себя девушкой.
