В улыбке скрывается профессиональная решительность женщины, стремящейся в независимый мир международной коммуникации. Анна, опытный специалист GBC на 8 этаже корпорации «Global Business Communication», всегда подчеркивает свою привлекательность - отчаянно ухоженные локти доходят до лифтов, а рука, хватаясь за пачку бумаг, остается безупречной. Она на восьмом этаже завершает день, перед зеркалом корректируя свою копну волос под удачным ракурсом....
И тогда полученная информация — это провокация русских.
— С ее помощью мы разоблачили ценного агента. Это факт.
— Кроме своего имени, он ничего не сказал. А если русские разыгрывают гамбит? Пожертвовали больным стариком, чтобы заманить нас в ловушку.
— Если бы русские затеяли игру, они начали бы ее сразу. По прошествии семи лет возникает много вопросов.
— Слишком много.
— Хочу заметить, что шпион Денисенко, работавший под личиной фотографа Монтеро, награжден высшей наградой России. Таких сотрудников спецслужбы не сдают.
— И все же… Что говорит экспертиза?
Рассел для важности раскрыл папку, хотя и так все помнил.
— Адрес на конверте написан рукой Механика. Буквы печатные, но на девяносто девять процентов это его почерк.
— Или высококлассная подделка.
— Обнаружено еще кое-что. Бумага содержит микрочастицы машинного масла.
— Вот как? Механик таким способом намекает, что это он?
— По крайней мере, этот факт тоже говорит в его пользу.
— Странно. Все очень странно.
— Мы не знаем всех обстоятельств, сэр. Возможно, Механик решил оборвать связи и с нами, и с русскими.
— Дрессированный пес не захотел кушать с руки хозяев и перегрыз оба поводка?
— У русских есть сказка о Колобке. Бабка вылепила его собственными руками, а он и от нее ушел, и от деда. И от медведя и волка. Но все равно плохо кончил. Его перехитрила лиса.
— Вот как? Хм… Предположим, Механик решил начать собственную игру.
— Неизвестно, в каких условиях Механику приходилось скрываться. Он мог получить тяжелое ранение и тайно лечиться. Или обратился к Богу — такое бывает с двойными агентами. А потом вернулся на грешную землю и вспомнил о нас. Возможны разные варианты.
— Вот именно! — воспрял духом Бред Коннорс. — Я не могу докладывать президенту непроверенную информацию. Разоблачение русского шпиона имело достаточный политический резонанс.
— Да, сэр! — Фрэнк Рассел знал, что энергия шефа подпитывается блеском в глазах подчиненных. Одухотворенное лицо директора ему было милее кислой физиономии.
— Письмо пришло из Калининграда, отель «Дона». Там семь лет назад, насколько я помню, останавливался Механик.
— У вас отличная память, сэр.
— Так вот, настало время вернуться в исходную точку.
