В улыбке скрывается профессиональная решительность женщины, стремящейся в независимый мир международной коммуникации. Анна, опытный специалист GBC на 8 этаже корпорации «Global Business Communication», всегда подчеркивает свою привлекательность - отчаянно ухоженные локти доходят до лифтов, а рука, хватаясь за пачку бумаг, остается безупречной. Она на восьмом этаже завершает день, перед зеркалом корректируя свою копну волос под удачным ракурсом....
Специфика профессии сутенера в том, что он лучше всего понимает язык силы. Левой рукой Станкевич все еще держал буклет, а правую опустил в карман пиджака. Он посещал тренажерный зал, плавал в бассейне, но возраст и желание вкусно покушать брали свое. Сил с годами не прибавлялось, а сейчас собеседнику требовалось предъявить весомый аргумент. Для этих целей как раз и служил фирменный кастет, который подхватила правая рука.
— Это не моя Ева, — мотнул головой Станкевич.
— Во уперся. Эта лучше! — Сутенер улыбнулся, не догадываясь, что его ждет.
В следующее мгновение утяжеленный кулак впечатался в его солнечное сплетение. Гость рухнул на кровать. Агент дождался, когда упавший сможет дышать, схватил его за грудки и подсунул кулак под нос.
— Сейчас я сломаю тебе нос и челюсть. Месяц будешь пить через трубочку, а потом два года работать на косметолога и дантиста. Усек?
Глаза перепуганного сутенера сфокусировались на зазубренных кольцах кастета. Страх парализовал тощее тело."
"— Мне нужна Ева! Пышноволосая блондинка, которая семь лет назад в начале июля обслуживала в этой гостинице клиента.
На этот раз сутенер кивнул.
— Как найти Еву? — шипел Станкевич. — Ту самую!
— Зачем она… вам?
«Быстро подонки обучаются вежливости, — подумал Станкевич, продолжая угрожать кастетом. — Еще один удар, он и теорему Пифагора вспомнит. Школьным учителям явно не хватает тяжелых наглядных пособий. Ну что ж, пора дать объяснение вспышке агрессии.
— Твоя сучка наградила меня трипаком. Хочу поквитаться. — Личная обида хорошо укладывалась в характер его поведения.
— А-а… — в перепуганных глазах сутенера зрело понимание. — Так бы и сказали. Тогда конечно…
— Где она?
— Девка смылась от меня еще в то лето. Тут, в отеле, какая-то херня произошла. Меня прессовали такие костоправы…
— Что они спрашивали?
— Про последнего клиента Евы. А я его лишь раз видел, когда лавэ получал.
— Запомни, я хуже них. Смотри мне в глаза! Если увижу, что врешь, превращу твою мордашку в отбивную.
— Она в Польшу мотанулась. Там работала. Я об этом только год назад узнал, когда она в Кениг вернулась.
— Где она?
— В «Декамероне».
— Что это?
— Ночной клуб. Она там напитки разносит.
— На тебя работает?
— Мне старые мочалки без надобности. У меня только первосортный товар.
— Ее настоящее имя?
— Надюха Веселова.
Станкевич тряхнул сутенера и отпустил его.
— Вали отсюда.
