Автор
В ночной Москве семья едет домой в ярко освещенных автомобилях. Водитель с умением рулит, курит и наслаждается красотой города, где все в тишине и свете. Монументы Москвы мерцают под прожекторами, создавая ощущение запоминающейся легкости и непринужденности.
А на крыше авто на специальных держалках укреплен сноуборд – разумеется, фирмы «Форум»… И рассекаю я, конечно, не на русской «девятке», а на арендованном в аэропорту Гренобля культовом «Порше-911»…»
Мысли Ленчика витали далеко; левая рука небрежно рулила, правая переключала передачи. Щетки лениво смахивали с лобового стекла редкие капли июньского дождика.
Машин на Казанском шоссе мало. Ленчик видел в ночи огни не только ближнего светофора, но и те, что светились на двух следующих перекрестках. И он подгадывал скорость, чтобы все время проскакивать на зеленый.
Скоро поворот к дому. Вот и предпоследний светофор по Казанскому шоссе. Устойчиво горит зеленый сигнал. Ленчик прибавил скорость, чтобы успеть проскочить. Когда до перекрестка оставалось метров сто, разрешающий сигнал замигал. Ленчик полсекунды подумал: «Не тормознуть ли?» – но потом, напротив, прибавил обороты. В голове юноши мелькнуло: «Ночь… машин нет… пролечу на желтый…»
Перед самым перекрестком загорелся тревожный желтый свет.
Когда на скорости километров сто в час Леня вылетел на середину перекрестка, для него загорелся красный.
«Успеваю», – мелькнула лихая мысль.
В этот момент он почувствовал, как машину ударило что-то сбоку и сзади.
Леню бросило вправо, на дверцу. Улица бешено закружилась. Леня отчаянно понял, что «девятка» больше не слушается его. Огни, фонари, светофоры – все завертелось вокруг.
Когда он очнулся, его машина стояла посреди перекрестка. «Кажется, я влип», – подумал Ленька. Мысли были далекими и отстраненными, словно все происходило не с ним.
Ничего не болело, но в голове странно шумело, словно мозги только что как следует встряхнули внутри черепной коробки. Ночной перекресток выглядел совершенно пустым.
Пустым – если не считать того, что в десятке метров от Лени чернела прямоугольная задница автомобиля.
«Мерседес»? Джип? «Брабус»?.. – заметались панические мысли. – Боже, скажи мне, что это не я!.. Боже, скажи мне, что я тут ни при чем!..»
Из черного автомобиля никто не вылезал. Он казался беспилотным кораблем-призраком. Он чернел в ночи безмолвно и грозно. Видимых повреждений на корме «Брабуса» не наблюдалось."
"Леня продолжал сидеть в водительском кресле.
