Автор
Сафин поднял глаза и встретился взглядом со злорадной хозяйкой девушки в кожанке. Он предложил условную цену, и девушка издала глухой свист. Вдали за окном пылали огни городских фонарей, но здесь царил тихий мрак. Эти ночи неизменно наполнялись безумием и неземной тревогой, как будто весь мир ушел в тень....
— Для задержания не было никаких оснований, девушка из твоей машины пересела в такси на заправке, на камерах виден номер. Я нашел водителя, тот рассказал, что довез ее до клуба «Район», больше ничего не знает. А машина Сафина — по тем же дорожным камерам — проследовала обратно в поселок.
Вот в этом Валера молодец, нарыл в короткое время информацию вперед ментов, что они ничего не сфабриковали. И смерть Сабины, которую хотели повесить на меня, все пустышка, мыльный пузырь. Жалко, конечно, ее, болтала слишком много, и в ее смерти есть моя вина, что расспрашивал, задавал много вопросов.
— Да, и за это спасибо, я искренне.
— Что у нас есть еще? По старому делу? Я так понимаю, Данил Константинович хочет вендетты за прошлое и законным путем. Это похвально, ты меняешься в лучшую сторону, это похвально.
Хотел ответить, что это как получится, но не стал, нужно работать во всех направлениях.
— Судмедэксперт в запое, но утром был вполне вменяем. Сказал, что мало помнит дела минувших лет, но если очень хорошо покопается в памяти — естественно, не за просто так — то, может быть, и поможет нам.
Говорю это, а сам вспоминаю того Комарова — щуплый, опухший с похмелья, в квартире бардак, вонь. Владу не стал с собой брать, но на всякий случай купил диктофон и записал наш разговор.
Оказывается, от него год назад ушла жена, а ушла, потому что начал пить.
— Да как не пить-то, когда кругом одни трупы, они мне снятся уже десять лет. Первое время держался, место, кстати, было «золотое» хоть и морг, но жене нравилось, что постоянно были деньги.
— Мне нужен конкретный случай, по делу Сафина, семь лет назад. Ты делал анализы крови?
— Сафин, Сафин, нужно вспомнить.
Хотел дать ему по голове, а лучше придушить для верности, а не сюсюкаться и не поить, обещая денег. Но после первого стакана водки Комарова развезло, да еще на голодный желудок. Он стал плакать, нести неясный бред, из которого я понял, что много раз он переступал закон и, будучи начальником, сам подделывал заключения, действуя в интересах лиц, которые ему больше заплатят.
— Точно, Сафин, да, да, с него все и началось. Убийство, ножевое, а в крови у него очень любопытное вещество, — Комаров заговорил загадочным голосом, оглянулся по сторонам, словно его мог кто-то подслушивать.
— Что за вещество? — думал, сорвусь, ударю его мордой об стол и вытрясу все до последнего слова.
— Наркотики, синтетика, вызывающие галлюцинации и потерю памяти. Я, кстати, химик, почти красный диплом.
