Баратол тем временем осматривал кирпичные основания трех горбатых печей. Приятным изумлением стало то, что слои кирпича переложены крупными кусками пемзы. В задней внутренней стенке были проделаны отверстия для перфорированных газовых труб, откуда шло пламя. Получится ли переделать эти печи в горны? А почему бы и нет?
Старые медные мешалки возле задней стены можно приспособить под закалку. Наковальню Баратол приобрел у караванщиков из Крепи – заказчик, увы, умер, не дождавшись груза. Она была походной конструкции (как у рхиви, пояснил продавец), не совсем того размера, что нужно, но для начала сойдет. Щипцы и прочие инструменты нашлись на барахолке в западной части города. Кроме того, Баратолу попался отличный молот из арэнской стали (как пить дать, украденный у какого-нибудь малазанского военного оружейника).
Назавтра он закажет первую партию дров, древесного и каменного угля, сырой меди, олова и железа.
Вечерело. Баратол закончил осматривать печи и обратился к Чауру.
– Ну что, дружище, пойдем? Заглянем в какой-нибудь ресторан. Да, мы с тобой чумазые, но за деньги, думаю, нас обслужат. Не знаю, как ты, а я бы сейчас не отказался от холодного пива.
Чаур поднял испачканное лицо и расплылся в улыбке.
Входная дверь распахнулась от удара, и в пекарню ввалились с полдюжины недоброго вида мужчин. Поигрывая дубинками и кувалдами, они окинули взглядом обстановку. Через мгновение вошла прилично одетая женщина и, отыскав глазами Баратола, улыбнулась.
– Сударь, ваша деятельность признана незаконной…
– Незаконной? Уверен, тут какая-то путаница. Прежде чем ваши молодчики примутся все крушить, должен заметить, что клапаны открыты, а трубы перерезаны. Иначе говоря, газ из подземных помещений выходит без остановки. Малейшая искра, и все здесь обратится в шар пламени, который вполне в состоянии разнести половину квартала. – Баратол помолчал и добавил: – Как раз такой акт вандализма с вашей стороны может быть расценен как… незаконный. Вас обвинения, конечно же, не коснутся, поскольку вы будете мертвы, а вот на Гильдию, нанявшую вас, наложат штраф, которого хватит, чтобы пустить владельцев по миру.
Улыбка сползла с лица женщины уже на середине этой тирады.
– Думаешь, самый умный? Что ж, если разнести твою лавочку мы не можем, придется разбираться с вами двумя лично.
Баратол отошел к месильному столу, где лежал кожаный мешок, и достал из него большой глиняный шар. Увидев, как побледнела женщина и ее громилы, кузнец удовлетворенно кивнул.
– Да, вы угадали. Это морантская граната, малазанцы называют ее «руганью». Только попробуйте нас тронуть, и я без раздумий убью себя, а заодно заберу всех вас с собой. В конце концов, терять нам нечего.
– Ты сумасшедший.
– Допустим.