Дань псам, первая книга в трилогии от знаменитого автора Стивена Эрикса, тонко рассказывает о семейных тайнах и неслыханных подвигах. Атмосфера книги наполняется мрачной красотой и глубоким внутренним миру героя, вызывающая непрерывный интерес к дальнейшим приключениям в новом томе....
Стрелы в колчане почти закончились, поскорей бы он совсем опустел, а тогда уже и конец. Такой Провидомин Спиннока страшил.
– Чем ты был занят? – спросил он.
– Убивал. – Наполнив кружку еще раз, он откинулся на спинку стула. – Одиннадцать человек уже успел. Они считали себя освободителями. И планировали свержение поработивших их тисте анди. Я их молитвы услышал и помог им освободиться, всем и каждому. Это, Спиннок Дюрав, мне в наказание. Я таким образом извиняюсь за человеческое безумие. Прости их, будь так добр, – потому что я не смог.
Спиннок обнаружил, что горло у него перехватило до слез в глазах. Он не мог, не смел поднять сейчас взгляд на этого человека, чтобы не увидеть того, что нельзя открывать, показывать другим. В своем лучшем друге. В ком бы то ни было.
– В этом, – проговорил он, сам себя ненавидя за подобные слова, – не было необходимости.
– В определенном смысле ты прав, друг мой. У них бы ничего не вышло – во мне достаточно веры в вашу эффективность, особенно в отношении вашего владыки.
– Тем, кто ненавидит, Провидомин, причины и не требуются.
Тот кивнул – Спиннок разглядел это движение периферийным зрением.
Повисло молчание. Спиннок сообразил, что уже не впервые слышит подобную историю.
Однако мы без колебаний принимаем на себя чужую.
– Получается, не мы ли указали ему путь?
– Кому?
Спиннок потер лицо – кажется, он уже был слегка пьян.
– Итковиану.
– Конечно, нет. У «Серых мечей»…
– Был свой Кованый Щит, верно, но в том нет ничего уникального. Это очень древний титул. Не служим ли мы подобным ему людям темным зеркалом? – Он покачал головой. – Вероятно, все же нет. Великолепное, но заблуждение.
– Согласен, – пробурчал Провидомин.
– Я люблю ее.
– Ты уже говорил. Очевидно, она не хочет тебя принять.
– Совершенно верно.
– Поэтому ты здесь сидишь, пытаясь набраться.
– Да.
