Дань псам, первая книга в трилогии от знаменитого автора Стивена Эрикса, тонко рассказывает о семейных тайнах и неслыханных подвигах. Атмосфера книги наполняется мрачной красотой и глубоким внутренним миру героя, вызывающая непрерывный интерес к дальнейшим приключениям в новом томе....
– Надеюсь, Скиллара сможет его обуздать.
– Что ж, Баратол, пора нам расстаться. Скоро я покину вас.
– Хочешь сказать, я за этим сюда спускался?
– Я не умею прощаться.
Маппо отвел глаза.
– Что ж, тогда я передам остальным. Резчик… расстроится. Он знал тебя дольше всех из нас.
– Знаю. Мне жаль. Увы, я очень часто веду себя как трус.
Но Баратол все понял. Нет, это не трусость, а своего рода стыд, настолько глубокий, что лишен всякого смысла и оправдания. Рана от утраты Икария по-прежнему свежа и неизлечима, боль от нее сметает все на своем пути.
Гнев Похитителя Жизни может выплеснуться в любую минуту, и Маппо не сумеет этому помешать. Увы, как ни тяжело было попрощаться с треллем и бросить его на произвол судьбы, Баратол не мог пойти наперекор желаниям друга.
– Что ж, Маппо… твои тропы ждут тебя. Желаю всего наилучшего: спокойной дороги и удачного завершения.
– Благодарю, друг. Надеюсь, Даруджистан будет тебе достойным домом.
Он поднялся, пожал руку кузнецу, шагнул навстречу Чауру, чтобы обнять. Тот радостно засмеялся и хотел было пуститься в пляс, но Маппо с грустным лицом остановил его.
– Прощай, Чаур. Береги Баратола.
Когда Чаур осознал, что больше не увидит Маппо, у него на глаза навернулись слезы. Было в его простом, по-детски наивном поведении нечто прекрасное. На всем свете не сыскать человека более искреннего, чем Чаур.
Баратол приобнял товарища за мускулистое плечо и улыбнулся Маппо.
– Он – это дар, которого я не достоин.
– Никто не достоин, – вздохнул трелль. – Что ж, а теперь мне хотелось бы побыть одному.
Баратол поклонился, затем повел Чаура назад к лестнице, приставленной к люку."
"Искарал Прыщ забрался к себе на койку – среднюю из трех, прислоненных к борту, – почесал макушку о нижнюю часть верхнего яруса и вполголоса выругался. Затем выругался снова, ибо под подушкой его ждали отвратительные подношения бхок'аралов: тухлые рыбьи головы, чешуйчатые комки экскрементов, побрякушки из коллекции Злобы и треснувшая глиняная трубка, тиснутая у Скиллары.
Сверху донеслось фырканье.
