Автор
В Доме №23 ревут кошки, а зубы здесь не карию, лишь мелодично щекочут язык пастой. В Дантисты тоже плачут — как в Библии, что-то тайное стало явным, когда женщина обнаружила шокирующее подсознание своего пациента. Здесь каждый вздох и движение скрывают смертельную тайну, и читателя ожидает невероятный переполох в голове, как в драматическом Библийском эпизоде....
Бедная Надя и не предполагала, что к тому моменту милая Розочка настолько привыкла убивать, что никогда не колебалась. Очень глупо угрожать медсестре, которая колет тебе химиотерапию. Седых, ласково улыбаясь, успокоила подругу, пообещав больший процент. Потом, велев не нервничать, вышла на кухню и сказала Алевтине, что, очевидно, конец близок. Больная возбуждена и несет чушь. Вечером добрая медсестра сделала несчастной укол, и та отошла в мир иной.
– Роза убила Надю? – изумилась я.
– Ну да, думаю, она ускорила кончину любимой подружки после скандала.
– Погоди, погоди, – не поняла я, – у Нади была отложена крупная сумма. Алевтина нашла деньги и потратила их потом.
– Все совершенно не так, – усмехнулся полковник, – Алевтина вытрясла у умирающей сестры сведения о докторе Невзорове и предложила ему свои услуги. Уколы она делать умела, а больше ничего не требовалось – родственники хотели, чтобы больной умер, а не жил подольше. Вот откуда деньги. Мы арестовали тандем, и они сейчас поют как канарейки, топя друг друга. От Нади не осталось никаких накоплений, женщина тратила все на выпивку и наркотики.
Стоматолог молчал, смотря в пол.
– Они убили ее, – сообщила я, – в кабинете. Запачкали кровью ковер, и им пришлось выбросить его.
– Никого мы не убивали, – вскричал Владимир, – просто трагическая случайность, верьте мне!
– Тем более лучше рассказать правду, – спокойно заметил Аркадий, – советую как будущий юрист.
"– Ладно, – неожиданно согласился Владимир. – Привратник позвонил и сказал, что внизу дожидается какая-то молодая девица. Я спустился и увидел Кристину. Вид у нее был не лучший: дешевенькое пальтишко, стоптанные туфли. Девочка понесла жуткую чушь: мол, она – моя дочь, но в родильном доме якобы кто-то подменил младенцев.
