Прекрасная девушка с мокрыми светло-русыми волосами стояла в бани, словно русалочка вынырнувшая из воды. Две влиятельные женщины, знатные жители Холмогорода, накрывали княжеской невесте теплой водой и молясь: "Мать-Вода! Государыня-Вода".
Пока войско русов стояло под стенами Царьграда, его окрестности были разграблены и многие сокровища греческого бога попали не только в руки русов, но и оказались поднесены русским богам. Чаши, подобные этой, поражали взоры знатных гостей на Ельговых пирах, но весняки, не бывавшие ни в княжеской гриднице, ни в святилище на Святой горе, видели подобное чудо впервые. Каждого полнила дрожь благоговения – в блеске золотой самоцветной чаши сказывалась сила богов, как будто само солнце сошло с неба, чтобы быть послухом при людской тяжбе.
Из другой сумки гриди вынули небольшой мех. Вячемир открыл его и влил в чашу немного золотистого меда – на позолоченном дне чаши он играл, будто жидкий солнечный свет.
– Гой, земля еси сырая! – начала Ельга, встав над ямой и держа над ней чашу, будто Заря-Зареница – Утреннюю Звезду.
Земля матерая!Матерь нам еси родная!Всех еси нас породила,Воспоила, воскормила,И угодьем наделила!Ради нас, детей своих,Зелий еси народилаИ всякий злак напоила.Повели, Земля-Матерь,Истовое слово правды сказати,Рассуди нас судом верным,И да будет воля твоя почестна,Вовек нерушима!Ельга вылила мед из чаши в яму Киевские бояре и старейшины веси, а также сами тяжущиеся, почтительно, стараясь не толкаться, придвинулись и посмотрели, как мед впитался в землю.
– Приняла жертву Земля-Мать, – кивнул Вячемир. – Беритесь за дело ваше, сынки.
Легота и Держак поклонились на все четыре стороны, потом взяли каждый по вырезанному куску дерна и положили себе на головы. Придерживая их руками, ровным неспешным шагом двинулись в обход поля. Слегка кривились, чтобы сыпавшаяся сверху земля не попадала в глаза, но старались не сбиваться с шага и четко очертить границу – вдоль старой лядины до дерева с межевым знаком, потом до новой лядины и обратно.
"Вот Держак и Легота вернулись и сложили дерн возле ямы.
– Принесите клятву, – распорядилась Ельга.
Отряхнув руки, братья принялись раздеваться. Сняли обувь, пояса; Свен подошел и быстро охлопал их, дабы убедиться, что на них нет ни ножей, ни еще каких-то поделок из железа.
