Автор
В трехмерном мире, где дары чародеев — единственный способ справиться с невзгодами, героиня бережно хранит свои силы. Пролог предвосherits неожиданный поворот в истории русской империи: юный Сергей, страстный кузнец, привлекает внимание придворного слуги Иллариона. Великая эпоха Воронежа и ее судьба встает перед чародеем на невероятно далеком расстоянии от него......
Она огляделась по сторонам и отметила, что только что выбралась из подвала какого-то небольшого полуразрушенного дома, у которого окна были заколочены ставнями, как в деревне. Дом, казавшийся заброшенным, стоял прямо посреди соснового леса, и людей поблизости не наблюдалось.
Испуг и паника вмиг охватили девушку, и ей подумалось, что кто-то хотел ее убить и приволок в это место, а может, ее… Она опустила взор на платье и начала лихорадочно ощупывать себя руками. Платье оказалось целым, да и вроде бы телесных повреждений и синяков на ней не наблюдалось.
Вновь оглядевшись, она увидела, что солнца не видно за серыми тучами. Не раздумывая более ни минуты, Надя ринулась бегом вперед, думая о том, как бы поскорее выйти из этого неприветливого леса и повстречать хоть кого-нибудь из людей. Ее голова все еще кружилась, и уже спустя четверть часа, задохнувшись и ощущая, что силы истекают с каждой минутой, девушка осела на траву, задыхаясь и привалившись к стволу дерева, вновь потеряла сознание…
Глава III.
Судьба играет с нами в странные игры…
посылая на нашем жизненном пути то,
что в кратчайшие сроки может привести нас
к счастью, а нашу Душу к спасению…
Российская империя, Воронеж, 1860 год
пригородная дорога"
"Перепачкавшись в грязи, Сергей наконец выбрался из перелеска. Оглядываясь назад, он еще раз осмотрел все вокруг, но, как и полчаса назад, не увидел ничего подозрительного.
Кучер Ефим, сидя на козлах, терпеливо дожидался его уже несколько часов. Едва услышав шаги, мужик обернулся и услужливо поинтересовался:
– Все хорошо, ваше сиятельство?
Сергей нахмурился сильнее и отрицательно покачал головой.
– Домой поехали, – велел Чернышев, запрыгивая на подножку открытой коляски.
Ефимий стегнул запряженную пару, и рысаки резво понесли по пустынной проселочной дороге. Туман потихоньку рассеялся. День предстоял ясный, оттого крыша легкой пролётки была спущена. Сергей напряженным взором осматривал пробегающие мимо деревья и кустарники, надеясь на удачу и желая увидеть силуэт человека, но кругом было пустынно.
