Автор
В зловещей роскоши рабочего кабинета некроманта Эрика, полном тайн и грез, чудовищно оживленная обстановка создает атмосферу мрачного удовольствия. Здесь любитель диковины сопровождает собственные трофеи: от звериных чучел до горы червоточинских документаций, везде подчеркивая тщес营业欲 и эпатаж его величества Эрика....
– Эм-м… Его величество извлек урок из случившегося, и с тех пор сначала проверяет вышивку сам, а потом уже с дамой, – ханжеским тоном ответствовал канцлер.
И тут мы рассмеялись. Ненадолго, потому что подошли к королевским покоям. Стражники смотрели на нас вполне спокойно, но, когда канцлер поднял руку, чтобы потянуть за шнур звонка, покачали головами:
– Его величество вышел.
– Давно?
– Около полуночи.
Стражник постарше отвечал, стражник помладше стоял и ел меня глазами. Видимо, не каждый день канцлер приводит девушек в королевскую опочивальню, и парень гадал – за какие таланты я удостоилась подобной чести?
Алонсо нахмурился:
– Вета…
– Да?
Несколько минут мужчина словно что-то взвешивал, а потом махнул рукой:
– Пошли.
"Несколько шагов по коридору, поворот, тупик, но канцлера это не остановило. Он уверенно подошел к стене и над чем-то там поколдовал. Я не видела подробностей, да и видеть не хотела. Ну их, эти государственные тайны…
Послышался легкий скрип, и часть панели повернулась на невидимых петлях.
– Идем.
Я послушно направилась вниз, за канцлером.
Подозреваю, что есть проход вниз и из королевских покоев, да не один, но кто ж меня будет посвящать в такие тайны? И сюда-то, наверное, взяли, чтобы одну во дворце не оставлять – мало ли кто, мало ли что…
Дверь закрылась за нами, но темно здесь не было. Благодаря чему? Я не знаю, но откуда-то сверху шел рассеянный слабый свет. Хватало, чтобы видеть ступени под ногами, а больше и не надо.
– Тут хитрая система зеркал, еще Александр Проклятый установил, – пояснил канцлер. Видимо, не одна я удивлялась. – Днем намного светлее, но и ночью, если она полнолунная или звездная, не споткнешься.
Я и не спотыкалась. Но идти вниз…
Какое-то странное чувство охватывало меня по мере того, как я спускалась по ступенькам. Страх? Нет, страхом это назвать было нельзя. Я не мерзла, не дрожала, не впадала в истерику, не хотела сбежать…
Мне было… неправильно! Я была здесь неуместна, как бальные танцы в похоронной процессии.
Постепенно я замедляла шаги, так что канцлер даже обернулся на меня.
– Вета?
Пожала плечами, потом поняла, что мой жест просто не увидят, и тихонько, словно меня кто-то мог услышать, шепнула:
– Неуютно здесь. Давит…
– Тьфу, кракен! – канцлер от души шлепнул себя по лбу. – Я же не подумал.
