Автор
В незаметное утро Гаррисона, штат Колорадо, вступает грозный мир охотников и паломников. Крид Мэддиган наслаждается мятежной атмосферой торговой веранды, когда его взгляд отвлекают скандал в проулке - ссора между молодыми людьми, готовыми выяснить отношения прямо здесь и сейчас....
Ты меня хорошо понял?
— Ты пожалеешь об этом, — прошипел Гарри, потирая щеку.
— Да ну? И почему же?"
"— Я скажу своему старику, и он…
— И что он сделает? — Крид шагнул вперед, и в его позе чувствовалась явная угроза.
— А ничего, — пробормотал Гарри. Он бросил полный ненависти взгляд на Джесси, повернулся и побежал по проулку.
— С тобой все в порядке, девочка?
Джесси утвердительно кивнула.
Крид обвел ее долгим оценивающим взглядом. Она показалась ему очень маленькой, и только карие глаза — огромными. Мешковатое, не по размеру, синее платье и пара уродливых черных башмаков со сношенными каблуками довершали ее образ.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — пробормотал Крид, думая о том, что в этом отвратительном платье она выглядит ужасно худенькой.
Джесси кивнула еще раз, не в состоянии оторвать взгляд от его лица. Его глаза были такого же цвета, как и черная, тонкая рубашка, облегавшая широкие плечи.
— Как тебя зовут, девочка?
Джесси заморгала, завороженная звуком его голоса — глубоким и мягким, почти нежным.
— Джесмин Александриа Макклауд. И я не девочка. Я женщина.
Крид ухмыльнулся. Ее имя показалось ему больше ее самой.
— Многие зовут меня Джесси.
«Вот это имя ей подходит, — подумал он, »— полностью подходит».
— А теперь тебе лучше всего пойти домой, малышка Джесси.
— Да, слышу… я постараюсь… обязательно. Спасибо.
К его полному удивлению, она присела в настоящем глубоком реверансе, после чего перебежала улицу и взбежала по внешней лестнице на верхний этаж бара «Лэйзи Эйс».
Печально покачав головой, Крид вернулся на веранду. Его губы скривились в улыбке, когда он подумал о маленькой девочке, присевшей в реверансе перед ним, словно перед важной персоной.
Крид свесил ноги с кровати и, поглаживая левое бедро, морщился от боли.
Вынув кольт из кобуры, висевшей в изголовье, он пересек комнату, недоумевая, кто в такую рань может стучаться в его дверь. Друзей в городе у него почти не было, по крайней мере таких, которые захотели бы видеть его в столь ранний час.
Положив палец на курок, он распахнул дверь.
