Автор
В незаметное утро Гаррисона, штат Колорадо, вступает грозный мир охотников и паломников. Крид Мэддиган наслаждается мятежной атмосферой торговой веранды, когда его взгляд отвлекают скандал в проулке - ссора между молодыми людьми, готовыми выяснить отношения прямо здесь и сейчас....
Войдя в свою комнату, Джесси закрыла дверь, упала поперек кровати с глазами, полными слез. И если бы даже она расплакалась, то все равно не смогла бы сказать с уверенностью, о ком плачет: о себе или о Криде.
Несмотря на то, что они провели вместе какое-то время, по-настоящему она знала о нем очень мало. Но в глубине души она знала, что он не смирится с тем, что его арестовали.
И Крид не смирился. Он вздрогнул, когда служитель закона захлопнул за ним дверь камеры. Черт возьми!
Бросив шляпу в ноги тюремной койки, Крид подошел к узкому зарешеченному оконцу и уставился в темноту.
Неделя! Крид пригладил волосы и потер затылок. Да он с ума сойдет, если ему придется сидеть в этой клетке целую неделю.
Около часа он ходил по камере из угла в угол, потом прилег и растянулся на жесткой узкой койке, прикрыв рукой глаза, «Неделя! А если они решат, что я виновен? Тогда придется провести немало лет за решеткой, если меня вообще сразу не повесят», — думал он.
Эта мысль не давала заснуть. Каждый раз, закрывая глаза, он видел себя поднимающимся по тринадцати ступенькам эшафота; ощущал капюшон, касающийся лица и скрывающий лучи солнца от последнего взгляда; явственно чувствовал грубую пеньковую петлю, крепко затягивающуюся на шее, в то время как тело дергается и извивается в последних конвульсиях…
Бормоча проклятия, он встал с койки и до рассвета мерил камеру шагами.
— Эй, Мэддиган, к тебе посетительница.
Крид мгновенно проснулся, а его рука автоматически метнулась к револьверу, которого на бедре не оказалось. Крид грубо выругался, вспомнив, где он находится.
— Так ты хочешь ее видеть или нет? Ее?
Мрачная улыбка исказила его лицо. Ему бы следовало догадаться, что рано или поздно она появится.
— Да.
Джесси вошла в тюремный коридор так, будто сама шла на эшафот. Видимо, она только что умылась, отчего ярко проступили все ее веснушки.
— Все еще преследуешь меня, — сказал Крид, улыбаясь.
Джесси кивнула, и ее глаза широко раскрылись, когда, оглядевшись, она увидела неубранную койку с подушкой без наволочки и серым одеялом, разбитый стул, помойное ведро и холодные прутья стальной решетки, их разделявшие.
