В живописной глубинке деревни ждут незабываемые приключения. Афанасий и его сын Антип изучаются таинственным стариком, предлагающим загадочную мистическую квесту по местам. Невероятные кони и запутанные истории создают атмосферу волшебства и опасности.
Огромной силы ведьма была! Хотя, может, и жива она ещё. Кто ж знает. Предупреждала же его, дурака:
- Берегись найти свою истинную! Горя через любовь хлебнешь больше, чем радости.
И ведь права оказалась ведьма старая.
Вот оно, доказательство того, что не может девка без мужа али отца одна разъезжать. Будь ты хоть наследницей древней крови, хоть обычной крепостной.
Ох, и норова же в ней было! Ох, и намучились они с ней оба. Виданное ли дело, чтобы жена мужу перечила? А ему каково это было, учить свою истинную уму-разуму? И рука у него не раз опускалась, как глянет она на него своими глазищами цвета весеннего неба, и сердце у самого в груди заходится так, что не продохнуть.
А тут опять родня её пожаловала! Неужто весточку отцу своему посылала с просьбой забрать её в отчий дом? Не бывать этому! Да и сын у них растет!
На порог дома Аксинья вышла, держа ковш с водой да полотенце, чтобы Афанасий умылся после кузницы да пот с лица вытер. Подала ему умыться, обтереться, да рубаху новую, только вчера её сшитую. Уж не к приезду ли гостей дорогих торопилась рубашку для мужа сшить да вышить? Ишь ты, как она перед знатными родственниками своими мужа, простого кузнеца, стесняется! В обновы его наряжает! Афанасий крякнул, но вслух ничего жене не сказал.
- Батюшка с братьями к нам в гости пожаловали! - сообщила Аксинья мужу.
- Сами пожаловали, али ты за ними посылала? - глянул в глаза и чуть не поддался опять взгляду её колдовскому.
- Нет! Зачем же я за ними посылать буду? - удивилась, будто искренне, но глаза опустила, — разве я могу от вас с Антипом уехать?
- Хорошо, что ты помнишь об этом.
Эх, знал бы он тогда, что так всё обернётся, да не дано ему ещё было тогда всего предвидеть..."
"Антип проснулся и резко сел на кровати, спустив ноги на пол. Опять приснился сон, где матушка ещё жива. На него нахлынули детские воспоминания о матушке, о руках её теплых и глазах её ярко-синих. Он таких глаз, как у матушки, потом ни разу не видел ни у кого из Магов.
