Загадочная беглянка спасает жизнь могущественному Высшему оборотню, и их встреча становится поворотной точкой для них обоих. Тайны прошлого, опасные интриги и неожиданная любовь переплетаются в захватывающей истории о судьбе, верности и втором шансе.
Такому, чему даже матери своим дочкам не рассказывают. Но, тренировочный поцелуй с сестрой Аннет и близко не лежал с этим.
Я просто утонула в нежности и зелени его глаз. О, Древняя, я даже не помню, как он умудрился приподнять меня за бедра и перевернуть к себе лицом и я совершенно бесстыдно обнимала его ногами, уже абсолютно позабыв про усталость и боль в боках. Мне не хватало дыхания, но я не желала останавливаться. И когда его губы все же отпустили мои, вырвав напоследок недовольный стон из моей груди, Витар улыбнулся и аккуратно прижал мою голову ладонью к своему плечу. Мои же руки совершенно бесконтрольно с моей стороны давно обвили крепкую мужскую шею и периодически зарывались пальцами в спрятанные под платок волосы. Но, нам преграды нипочем, коль желание ощущать так велико.
— Люблю тебя, моё солнечное сокровище. Как подругу, как самую добрую и безрассудную ведьму и как прекраснейшую девушку, с золотым сердцем. Просто люблю. И я и мой Зверь. Не отвергай нас, солнце моё, мы уже оба без тебя не сможем, — бархатно говорили мне на ушко.
Великий Отец, ему что и вправду могло прийти в голову, что ЕГО можно отвергнуть? Ну, тогда я не одинока в своей недалекости. 1acfc23"
"— Витар, мне кажется тебе тоже стоит повисеть вниз головой, — хмыкнула я. — Тебе что, часто девушки отказывали? — спросила и после этого вопроса, что-то нехорошее и черное разлилось по груди. Бездна, а и вправду, ведь небойсь, было девок навалом и россыпью, притом любых форм и расцветок. И на кой вот спросила? Только сама себя расстроила.
— Я не одну замуж не звал, — усмехнулся он, зарываясь в мои волосы рукой. Мой платок тоже каким-то непостижимым образом уже сполз ко мне на шею.
— А меня, значит, зовешь? Это же было только для дела… — я почувствовала, что краснею.
— Ну, и для дела тоже, конечно, — я чуть не зашипела вновь, а кто-то невозмутимый продолжил, — но я же должен был хоть как-то приучить тебя к мысли, что ты станешь Иссольской. Ведь тебе, помнится, идея принадлежать моему покойному брату Авилу, ну совсем не нравилась. С чего мне думать, что быть моей тебе вдруг захочется?
— Значит вот так сразу, раз и в собственность? — я оторвала голову от плеча и прищурилась, вглядываясь в лицо моего оборотня.
— Если я скажу, что я пока жив все равно никого к тебе не подпущу, ты меня возненавидишь? — он вздохнул. — Илия, я пытаюсь быть с тобой честным.
