В темных сумерках и сильном ветре, сердце главного героя переполняется решимостью преодолеть препятствия. Улицы выглядят будто ожидая нового утра, но жизнь внутри не спешит подниматься. Дар — это не просто книга, это тайна, которую каждый из нас должен раскрыть в собственной жизни....
Меня лишь радовала встреча с дорогими сердцу родственниками и сам город, что будил приятные воспоминания детства.
Я наблюдал за Илией и невольно улыбался ее искреннему, почти детскому восторгу с которым она любовалась моим городом. Его широкими улицами с каменными домами, построенными по единому плану, а не громоздившиеся уродливым муравейником, как это бывало в других странах. Чистыми мостовыми и хорошим освещением, а ещё тем что кругом царил порядок — никаких тебе темных личностей и грязных нищих, что спят под заборами, или тоже хуже, поджидают в подворотнях с затаенной злобой, да ножом в руке.
А уж когда мы подъехали к центральной площади…
— Великий Отец и все его святые! — восторженно проговорила Илия. — Витар, это же чудо какое-то! Как вы всю эту красоту поддерживаете? Здесь же север и у вас столько дней в году лежит снег! — она смотрела с восхищением на каскад фонтанов, что спускался по ступеням огромной лестницы, берущей начало от самого королевского замка. Золоченые статуи изображающие сцены из нашего эпоса — могучие сражающиеся друг с другом Звери и просто варды в человеческих ипостасях.
— Открою тебе маленькую тайну, — я склонился к девушке, улыбаясь её искренней радости от увиденного. — Наш город стоит на горячих источниках, что бьют из недр горы. Кстати, водопровод и канализация в Иссе тоже имеются — это один из секретов чистоты. У нас и в домах не топят, а лишь проведена система труб, в которые поступает горячая вода. Из-за этой природной аномалии в столице намного теплее, чем в целом по стране. Зимой, конечно, прохладнее, но не настолько, чтобы снегам задерживаться надолго.
— Я заметила, как тщательно стража проверяет въезжающих. Да и войска, что сейчас стоят лагерем у стен и в самом городе не заметить невозможно, — её лицо покинула улыбка.
— Я разберусь со всем, обещаю, — заверил я мою солнечную, ну и себя заодно. Ну-да, ну-да, сейчас, только пальцем щелкну… Как же бесит, что нельзя просто всех поубивать.
