В темных сумерках и сильном ветре, сердце главного героя переполняется решимостью преодолеть препятствия. Улицы выглядят будто ожидая нового утра, но жизнь внутри не спешит подниматься. Дар — это не просто книга, это тайна, которую каждый из нас должен раскрыть в собственной жизни....
Эти монстры строят целые дома на деревьях, но прилетают в эти края позже, когда весна войдет в пору цветения. А значит жилище свободно! Я улыбаюсь и сбросив плащ, складываю его в суму, закрепляя удобнее на спине. Дальше все просто — несложный для меня подъем и вот я уже лежу на мягчайшей подстилке из травы и птичьего пуха. Главное, чтобы дождь не пошел, а уж холод теперь мне не грозит.
Быстро съедаю сухую лепешку и пару фиников, запив водой из фляги и блаженно засыпаю, закутавшись все в тот же плащ. Заодно и высохнет от тепла моего тела, что сохранится и приумножится в мягкой перине гнезда.
Ночь. Тишина и несколько часов покоя. Маленькая передышка на тропах неизвестности.
«Проснись!»
Глаза открылись мгновенно, а левая рука уже сжимала верейский кривой кинжал — джамбия, а правая уже вцепилась в арбалет. Осторожно выглядываю из своего убежища, пытаясь понять в рассветной мгле, чего ради меня подняли.
С высоты прекрасно просматривалась дорога, ещё не густые кроны не мешали обзору, а моё зрение позволяло рассмотреть детали.
Так-так… Стук копыт и нарастающий шум погони. Звон стали и гортанная чужая речь. Несколько мгновений и мне открывается картинка, которую назвать битвой как-то язык не повернулся. На видимый участок дороги выскочил всадник, его конь был взмылен, белые волосы развивались на ветру. Он держал меч в левой руке, правая свисала безвольной плетью, в плече торчало оперение от стрелы, ещё пара стрел поразили лошадь, но та пока несла своего седока. Сзади слышался топот, как минимум пятерых преследователей.
Копыто осла святого Иония, красиво ведь бьется! Да только он обречен…
Я ещё пару мгновений боролась со здравым смыслом, который требовал сидеть тихо и не лезть куда не следует, но проклятущее чувство справедливости, как всегда не вовремя проснувшееся, требовало вмешаться.
— Ты ещё точно об этом пожалеешь, вот увидишь, — сказала я себе уже стоя на земле и бесшумно преодолевая разделяющее нас расстояние.
«Может его успеют убить?» — не унимался здравый смысл. «Давай-давай, шевелись! Там ещё много здоровых воинов! Он всех не уложит. Тебе хватит!»-подбадривало на какой-то ляд проявившееся сострадание к жертве чьего-то произвола.
Мозг спокойно отмерял расстояния и отмечал детали. Обогнуть вот это дерево.
