День первый, 22 июня — это тот момент, когда ты становишься Жертвой. В этом другом мире, где закон не имеет значения и твоя жизнь может быть отдана за какую-то галочку на пляже, ты появляешься в качестве жертвы. С каждым днём перед тобой открывается новая возможность — принести чурбачок или хотя бы маленькую гальку, чтобы световой день, самый длинный в году, не закончился раньше времени....
Похоже, «Дар золотому дракону» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— На обратном пути покормим. Заодно покажу тебе, где здесь у нас туалет и ванная.
— Туалет и ванная?
— Нужник и баня, — пояснила девочка.
В этот момент мы подошли к одной из «дверей», которая неярко светилась в темноте. Погасив наш шарик, Нивена за руку подвела меня ко входу в очередную пещеру и остановилась на пороге. И я тоже замерла, рассматривая невероятную картину, открывшуюся мне.
Пещера была довольно большая, но при этом низкая, если сравнивать с «двором». Её дальняя часть тонула во мраке, но и того, что освещал одинокий шарик, который плавал над плечом сидящего к нам спиной Эйлинода, было достаточно, чтобы увидеть, что именно её заполняет.
— Яйца? — выдохнула я.
— Да, — шепнула Нивена. — Тише, не будем мешать Эйлиноду.
Я снова огляделась. Да, на сене, в аккуратных гнёздышках, лежали огромные яйца. Размером, наверное, с ведро, только уже и длиннее. И форма странная — не как у птиц, а как у муравьёв: вытянутая, и оба конца одинаковые.
— Жизнь потихоньку налаживается, Финиена, — послышался голос Эйлинода. Я вновь взглянула на него и увидела, что он поглаживает одно из яиц. — Керанир слетал в человеческую деревню и забрал там дары. Так что у нас теперь есть мясо, молоко, куры. И ещё он принёс человеческую девушку. Её зовут Аэтель.
— Пойдём, — шепнула Нивена, уводя меня. А я почувствовала, что на глаза наворачиваются слёзы — этот разговор Эйлинода с женой, которая и не жива, и не мертва, пронял меня до печёнок.
Мы насыпали зерна курам и гусям прямо в клетки, и поставили им туда миски с водой.
