День первый, 22 июня — это тот момент, когда ты становишься Жертвой. В этом другом мире, где закон не имеет значения и твоя жизнь может быть отдана за какую-то галочку на пляже, ты появляешься в качестве жертвы. С каждым днём перед тобой открывается новая возможность — принести чурбачок или хотя бы маленькую гальку, чтобы световой день, самый длинный в году, не закончился раньше времени....
Похоже, «Дар золотому дракону» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Например, вначале ты, смогла бы лишь потушить небольшой огонь — что ты, собственно, и сделала с факелом. Создать лёгкий ветерок, заставить каплю воды подняться вверх, сдвинуть пару песчинок. Дальше — больше.
— А теперь я смогу это всё делать уже сейчас?
— Не знаю. Давай попробуем. — Фолинор создал на ладони маленький огненный шарик. — Попробуй погасить его.
Я попробовала. Я изо всех сил старалась, хотела, чтобы он погас, но ничего не вышло. Только голова снова разболелась, и захотелось плакать. Стало так жалко себя.
— Вы похоронили его?
— Кутберта? Да. Хотели кремировать, но Базилда попросила закопать в землю, как у вас, людей, принято. Сказала, что для детей нужно иметь место, куда они смогут приходить и вспоминать отца. Мне это не очень понятно, ушедшие живут в наших сердцах и памяти, а тело… Оно ведь всё равно сгниёт. Но она попросила, и Диэглейр сделал. Закопал его на самом дальнем и бесплодном конце острова, мы там не бываем, но если кто-то из людей захочет — отнесём.
— Нет, я не про Кутберта. Про Бекилора."
"— Он вернулся в усыпальницу, — вздохнул Фолинор. — Жаль, что ему было подарено так мало времени, но эти два месяца он был счастлив от того, что снова мог летать.
— Может, это даже и лучше — он умер раньше, чем снова одряхлел настолько, чтобы не мог летать? Но всё равно — жа-алко…
— Это жизнь, девочка, это жизнь, — целуя меня в висок и слегка покачивая, словно маленькую, вздохнул Фолинор. — Кто-то рождается, кто-то умирает. Не надо плакать, Бекилор не хотел бы этого.
— Ладно, не буду, — я шмыгнула носом и постаралась улыбнутся. — А девочка… Вы узнали, как её зовут?
— Нет, — муж с радостью переключился на что-то, не такое печальное, — пока не знаем. Её речевой аппарат не готов к тому, чтобы что-то сказать, ей нужно еще несколько месяцев. Сейчас она — почти как человеческий младенец, пойдёт и заговорит не скоро. Хотя, насколько я понял, они всё же нашли общий язык с Базилдой — девочка как-то даёт ей понять, что хочет в туалет, хотя бы стирки за ней почти нет.
— В общем, с ней будет проще, чем с Лани, но сложнее, чем с Фингоном, да? Но колыбельку для неё, наверное, всё равно нужно будет в нашей спальне поставить, хоть она и крепко спит по ночам? Хотя бы пока не начнёт ходить.
