День первый, 22 июня — это тот момент, когда ты становишься Жертвой. В этом другом мире, где закон не имеет значения и твоя жизнь может быть отдана за какую-то галочку на пляже, ты появляешься в качестве жертвы. С каждым днём перед тобой открывается новая возможность — принести чурбачок или хотя бы маленькую гальку, чтобы световой день, самый длинный в году, не закончился раньше времени....
Похоже, «Дар золотому дракону» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он двинулся во второй проём, и мы оказались в пещере, очень похожей на нашу гостиную — половики на полу, диван, шкафы с книгами, большое окно, выходящее на балкон, — вот только там, где у нас была кухня и обеденный стол, оказалась стена с одним проходом.
— Отсюда теперь можно пройти во все подсобные помещения, которые отделили от детской, там же — выход на лестницу. Показать? Там всё так же, как и у нас, только проход отсюда, дальше — всё одинаково.
— Если одинаково, то не надо, — прислушиваясь к раздающимся где-то голосам, покачала я головой, и тут же поморщилась — трясти ею было пока рано.
— Есть у них кухня, всё есть, сейчас сама увидишь.
Коридор, выходящий из гостиной, был похож на наш, тоже вёл в спальни, но оказался гораздо длиннее, да и спален в него выходило больше. В одной из них обнаружились Саннива с Лани на руках и Эльрод, двигающий шкаф для одежды. Мы молча прошли мимо, незамеченные ими, и вышли в ещё одну гостиную, только эта была с кухней, точно как у нас.
— Мы соединили две пещеры, — пояснил Φолинор, остановившись на пороге и давая мне возможность оглядеться.
Сначала я увидела на диване Луччи и новую малышку — она полусидела, обложенная подушками, и внимательно слушала то, что рассказывала ей Лучиелла. Рядом, прямо на полу, застеленном толстым половиком, сидели младшие мальчики, Эйлинод что-то показывал Фингону в своей тетради, в которой обычно делал записи.
Взглянула налево — возле кухонного стола стояли Базилда и Нивена, вторая — на табуретке, и в четыре руки лепили плюшки, в духовом шкафу пеклись уже налепленные, а на обеденном столе, прикрытые полотенцами, лежали уже напечённые и пахли так вкусно, что я вдруг поняла, что на самом деле проголодалась.
Услышав голос Фолинора, все обернулись к нам и радостно заулыбались, спрашивая, как я себя чувствую. Заверила всех, что уже хорошо, голова почти прошла, но очень хочу есть.
В этот момент в гостиную зашёл Диэглейр с большим свёртком на плече.
— Вот, думаю, этот ковёр как раз подойдёт для нашей спальни, — и он, никого не стесняясь, поцеловал подошедшую к нему Базилду.
Она хотела его обнять, но вспомнила про грязные руки и, тихонько засмеявшись, расставила их в стороны, чтобы не испачкать дракона.
