В мире сослуживцев подчинено графику и порядок, но не для меня. Я родился в Конфедерации объединённых миров, где каждый из нас выполняет свой долг. Загадки происхождения моего рода делятся лишь с небольшим кругомtrusted—это отражает нашу тайную историю и предопределение.
— Что значит опять? Она была уже сегодня? — возмутился Трэй.
— Да. У нас с ней состоялся неприятный разговор, и Уголёк плюнул ей жуком в лицо, — кратко описала я суть нашего с дамой общения.
— Так я и знал, — прошипел муж, подхватывая меня на руки. — Что она делала? Она тебе угрожала?
— Скорее уговаривала оставить нас и провести месяц в обществе Талинора, — ответил недовольный Вейс.
Трэй тихо пробормотал какие-то ругательства.
— Что конкретно говорила эта женщина? — уточнил принц, пока остальные занимали места в креслах.
— Ничего особенно интересного: сначала разыграла обеспокоенную родственницу, пекущуюся о моём благополучии, потом посетовала на то, что вы меня обманули, и предложила провести опасный для зачатия период с твоим братцем на побережье океана. Причём настроена была очень решительно, — рассказала я. — Кстати, я так и не поняла, зачем ей это нужно: наш круг ведь полностью сформирован, значит, мужем моим стать пятый принц не может? Для чего ей было нужно меня уговаривать? Нежели она так переживает за Талинора, что готова договариваться с его потенциальными любовницами?
— Скорее всего, всеми силами стремится помешать мне обрести наследника, — сказал принц, зарываясь лицом в мои волосы.
— Я как раз хотела с вами поговорить на эту тему, — начала я неприятный разговор, отстраняясь от мужа. — Я не готова сейчас заводить ребёнка, — выдохнула я, ожидая негатива от мужей.
Никто из них не обрадовался такому заявлению, но обвинять меня в чём-то и злиться никто не спешил.
— Почему? Поясни, пожалуйста, — внимательно наблюдя за мной умными рыжими глазами, попросил Алир.
— Я его не хочу. Совсем недавно моя жизнь была другой и я даже не задумывалась о том, чтобы заводить малыша. Мы слишком мало знакомы. Вы можете сколько угодно меня привлекать и сводить с ума в постели, но ребёнок — это совсем другой уровень доверия. Я росла одна, без родителей. Мне трудно взять на себя такую ответственность. Я считаю, что эта крошечная жизнь, которую мы с вами создадим, имеет право на то, чтобы быть долгожданной и беззаветно любимой всеми нами, а я пока не могу… не знаю, как… — я сбивчиво пыталась объяснить свою точку зрения.
Все молчали, не решаясь как-то комментировать мою речь, только объятия Трэя стали судорожными, как будто я что-то отнимала у него. Наверное, так и было, но это не меняло моего нежелания кидаться в этот омут с головой.
— Я согласен, — хрипло сказал Трэй, первым нарушив молчание. — Мы не вправе требовать от тебя этого сейчас.
