В доме разливался мир — шуршание воды в раковине, свист поварины приготовления пищи и её мягкое звучное пение. Здесь родители создавали атмосферу уюта и гармонии, в воздухе царил спокойный свет. Книга не начинается с привычных заголовков — просто об этом доме и его дарах....
По самому маленькому члену семьи пока ещё сложно было что-то понять, но интуиция мне подсказывала, что он уже успел “вобрать” в себя неповторимую атмосферу всех членов своей семьи.
Но больше всех меня интересовал, конечно же, Дамир… В кругу близких он выглядел расслабленным и спокойным, в карих глазах читались гармония и самодостаточность… И это с силой полоснуло по мне и моей совести, потому что до меня дошло, как же давно я сама не видела его таким. В последнее время каждая наша встреча оборачивалась очередным нервным потрясением, когда обоих буквально рвало на лоскуты.
-Прости меня… Если бы я только могла…
Но я ничего не могла. Не могла не прийти, не могла отпустить или же, наоборот, не могла дать того, что он заслуживал.
Безрадостные мысли растревожили меня ещё больше, доведя до той грани, когда я уже была готова взвыть, если срочно себя чем-то не занять. Поэтому пошла инспектировать кухню в попытках загрузить свою бедовую головушку делом.
* * *"
"Я любила готовить, обычно это отвлекало и успокаивало. Но сегодня у привычных действий был совершенно иной эффект. Набор продуктов в чужом холодильнике был странный и совсем не системный, словно ходили по магазину и закидывали в тележку всё, на что падал взгляд. Немного подумав, я решила сварить солянку, и вот закидывая в кастрюлю ассорти из всего мясного, что было обнаружено в холодильнике, я вдруг запаниковала по поводу свинины… Что он там говорил про религиозные взгляды? В голове всё путалось, и даже доводы разума о том, что если какие-то продукты нашлись в его холодильнике, то значит, Дамир не брезгует колбасой, которая была съедена уже на половину.
Где-то в это время позвонил Ванечка с разговорами ни о чём, но я настолько обрадовалась голосу сына, что по итогу чуть не спалила рыбу. Ребёнок маялся от безделья и страдал, что хочет домой. Слава опять уехал куда-то к друзьям, оставив ребёнка на попечение родителей. Проклиная внутри себя наши с мужем родительские способности, пообещала ребёнку, что завтра лично приеду за ними на дачу.
