В доме разливался мир — шуршание воды в раковине, свист поварины приготовления пищи и её мягкое звучное пение. Здесь родители создавали атмосферу уюта и гармонии, в воздухе царил спокойный свет. Книга не начинается с привычных заголовков — просто об этом доме и его дарах....
До обеда разбиралась с региональными специалистами, ещё раз перепроверяла готовность кредитных заявок к сегодняшнему комитету. На самом деле обычно они проводились с утра, чтобы у филиалов была возможность принять участие в заседании либо же внести коррективы до конца рабочего дня… Но бывали и такие периоды, когда всё шло через известное место... даже в крупных банках.
В обед перед моим столом материализовалась коллега и по совместительству бывшая сокурсница Света Брагина, и, заявив, что работа не волк, да и вообще, надо бы себя порой баловать, потащила меня на ланч в ближайший ресторанчик, в котором мы порой бывали.
Пока я уплетала свой том-ян, Света восторженно повествовала о бурной личной жизни, я слушала её вполуха, решая внутреннюю дилемму звонить супругу или нет. Перед глазами всё ещё стоял расстроенный Ванька с оттопыренной губой. Слава, уверенный, что трудности закаляют мужской дух, не отличался особой гибкостью, когда этого требовала ситуация. Значит, надо было вмешаться самой.
И словно прочитав мои мысли, в сумке зазвонил телефон. Свекровь. Кивнув Светке, чтобы подождала, я ответила на звонок.
-Да, мама, здравствуйте.
-Катюша, день добрый! Не отвлекаю? - с присущим ей пылом начала Ольга Николаевна.
-Нет, всё в порядке, мы на обеде.
-Опять, наверное, деньги транжирите в своих ресторанах…
-Просто обедаем, - пространно ответила я, глядя на закатившую глаза Брагину, часто подкалывающую мою “советскую” свекровь. На что я тут же показала ей кулак. У Ольги Николаевны было странное представление о лишних тратах, где поход в ресторан и поездка на такси считались нежелательной роскошью, несмотря на то, что мы со Славой оба очень даже неплохо зарабатывали.
-Я звоню тебе напомнить, что на выходных собираемся у нас на даче, - назидательно заметила свекровь, словно бы я имела свойство забывать всё на свете. Впрочем, излишняя забывчивость действительно значилась в списке моих прегрешений, но это было избирательным явлением, и обычно оно распространялось на то, что я не очень сильно хотела помнить.
-Да, я помню. Что-нибудь нужно купить?
-Я всё сама сделаю, - вздохнула “мама”.
