В этой уютной истории про нас, ты встретишься с двумя женщинами — маминым взглядом на дом растраховывается, а мой удивленно расширяется, открывая новые уголки нашего небоскрёба. Вместе мы заблуждаемся по лестнице, и та неожиданно становится зеркалом наших душ — здесь нашли место любовные признания, а на каждом пролете отразится разное сознание мира....
Дома почему-то было чисто. Даже слишком чисто. Если бы у наших вещей были бы свои места, можно было бы сказать, что они на них лежали. В ванной и на стуле в комнате больше не висела мамина одежда, зубные щетки оказались в стаканчике, а с зеркала исчезли подтеки зубной пасты, из которых я нарисовал свирепого монстрика.
– Какой сегодня день? – на всякий случай решил уточнить я. Вдруг у кого-то день рождения? Хотя у кого мог быть день рождения кроме мамы или меня?
– Пятница. А что?
– Просто. Просто странно, что все так чисто.
– Забыла тебе сказать. У меня сегодня гости.
– А. Понятно.
Я не стал уточнять, какие гости, потому что все равно никогда не мог запомнить маминых подружек и знакомых с работы. Они все были похожи друг на друга и все одинаково странно со мной разговаривали – как доктор с пылью в бровях.
Когда мама накрыла на стол, зазвонил домофон. Я нажал кнопку:
– Кто там?
– Свои, – сказал мужской голос.
Тот, кто вошел, мне сразу не понравился. Он был похож на помесь крысы и зайца, потому что его верхние зубы висели над нижними.
– Марк, познакомься. Это Олег.
– Привет, – сказал Крысозаяц и протянул мне руку, как будто мы оба взрослые. Рука была мокрая и холодная.
– Ну а теперь давайте ужинать, – сказала мама.
– Марика, давай я открою вино, – предложил Крысозаяц. Мама дала ему штопор, и он начал им крутить, но ничего не получилось, и пробка рассыпалась на маленькие кусочки. Крысозаяц налил в бокалы вино с крошками от пробки, и теперь они плавали в нем, как маленькие мухи.
– Ну, за встречу! – он улыбнулся торчащими зубами, и, по правде говоря, зря.
– Ура! – сказала мама, и они выпили по глотку вина. Крысозаяц ощупал язык, вынул двух пробковых мух и положил на край тарелки.
– А что на ужин? – спросил я.
– Индейка, брокколи и салат.
– Ты же знаешь, что я ненавижу брокколи.
– Ты же знаешь, что это очень полезно. Нельзя есть только мясо, хлеб и сладкое.
Мама положила еду на тарелки, и мы начали ужинать.
– Между прочим, он не ест брокколи, – заметил я. Крысозаяц покраснел.
– Не он, а Олег.
– Но это нечестно. Почему я должен есть, а он нет? – возмутился я.
– Морковкин, как ты себя ведешь? Давай доедай и отправляйся в постель.
– Но завтра суббота!
– И что? Режим есть режим. Ляжешь поздно – встанешь поздно, и потом в понедельник я не смогу тебя разбудить в школу.
