В этой уютной истории про нас, ты встретишься с двумя женщинами — маминым взглядом на дом растраховывается, а мой удивленно расширяется, открывая новые уголки нашего небоскрёба. Вместе мы заблуждаемся по лестнице, и та неожиданно становится зеркалом наших душ — здесь нашли место любовные признания, а на каждом пролете отразится разное сознание мира....
Судя по бабушкиному вздоху, ей тоже было меня жалко.
– И, небось, даже не завтракал, – заволновалась бабушка. – О чем только думает твоя мать.
Когда разговор наконец закончился, оказалось, что прямо на клавиатуре улеглась Кошка и слезать явно не собиралась. Она лежала с видом cфинкса и смотрела на меня прищурившись. В это время я услышал, что у мамы звонит телефон: сто процентов это бабушка решила навести порядок и добиться справедливости. Мама все поняла и нажала кнопку, отключающую звук. Но потом все-таки проснулась и вылезла из комнаты.
– С днем рождения, детка, – сказала она. Но я решил обидеться. Сел на стул, обхватив колени, с самым свирепым видом, на который был способен. Мама притворилась, что ничего заметила.
– Ты доволен подарками, Морковкин? Будешь яичницу?
– Вообще-то у меня сегодня день рождения, и можно было бы придумать что-то получше яичницы.
– Хочешь, испечем вафли?
После того как мы с мамой прочитали «Вафельное сердце», мы решили купить вафельницу – чтобы печь вафли, как у Бабы-тети.
– Хорошо, – согласился я, а мама обняла меня, почесала за ухом, понюхала шею и поцеловала в макушку. И мне сразу расхотелось злиться, а внутри стало так тепло, как будто там наступило лето. Мама вытащила из холодильника яйца, разбила их о край большой железной миски, растопила в ковшике масло, насыпала муки и сахара. А я взбил все это блендером и залил половник теста в новенькую красную вафельницу. Первая порция подгорела и получилась совсем невкусной, зато остальные вафли вышли румяные и хрустящие.
– Мама! – вопил я.
– У-у-у, – отвечала мама.
Мы так вопили, что в кухню прибежала Кошка и взволнованно на нас посмотрела. Типа: «У вас все в порядке? Вы вообще норм?» В общем, завтрак получился суперденьрожденческий. Потом позвонил папа:
– С днем рождения, старичок! – сказал он голосом Дональда Дака.
– Ты пойдешь с нами в ледяную пещеру?
– Конечно, мы все вместе пойдем.
Я издал вопль радости. Мама вздрогнула и попросила дать ей папу. Они еще о чем-то поговорили, и мы стали собираться. План был такой: сначала мы втроем сходим в ледяную пещеру (втроем, потому что все-таки они меня родили), а потом все вместе, с Максом, Девицей и бабушкой, пойдем куда-нибудь есть пиццу.
С папой мы встречались у выхода из метро. Папа опаздывал, а мама злилась.
