Автор
В душном подъезде второго этажа происходит нешуточная схватка за телефон. Молодые студенты на лестнице создают настоящую ораву, мешая порядку. Одного парня вызывает враждебный взгляд — он явно ожидал, что его компания будет первой. Но тут главное — добыть свой планшет, где еще сохранены важные сообщения и электронные письма....
Хотя… что может не подойти этому парню?
— Твоя очередь, — Руслан взглядом намекает, чтобы и я оделась.
— Ты хочешь, чтобы я тоже показала всем свой красивый животик? — улыбка касается моих губ, в то время как Соболев наоборот хмурится. В шутку, полагаю. С нотками ревности в глазах, но это приятно. Настолько, что даже заводит. Глупо радоваться такому, наверное, но мне нравится ощущать себя чертовски нужной. Видеть, как меня не готовы делить ни с кем.
А потом мы за столом с ребятами прыскаем со смеху.
— Хорошо, — соглашаюсь я.
— Стопэ! — восклицает Гордеев, подняв руки вверх. — Я вроде не планировал вступать в банду.
— Но выбора у тебя все равно нет, — Дашка на него так поглядывает, что уже через мгновение и Глеб облачается в свой подарок, следом и мы.
— Мы похожи на идиотов, — бурчит Гордеев, накручивая на вилку пасту.
— Мы похожи на безумно влюбленных… — отвечает ему Даша.
— На безумно влюбленных идиотов, — подмечает Руслан, и мы снова начинаем смеяться.
Вечер проходит довольно лампово по итогу. И даже сильный снегопад с морозным ветром, не портит настроение. Кроме… пожалуй, одного момента. Перед тем как попрощаться, а мы уже стояли на улице, Руслану позвонил отец.
— Да, пап, я скоро буду. Нет, уже поел, но мамин тыквенный пирог, конечно, заценю.
Проходит минута, может больше, Соболев не говорит, видимо слушая голос родителя в трубке. Лицо его мрачнеет, улыбка исчезает, словно ее никогда и не было. А потом он и вовсе отходит, притом на приличное расстояние от нас, видимо чтобы пообщаться один на один.
— Я никого не предаю, и решение мое не изменится, — строго цедит в трубку он, но заметив меня, тут же замолкает. А затем и вовсе отключает вызов."
"— Все… нормально? — на душе какое-то неприятное ощущение, будто происходит что-то плохое, но я об этом не знаю.
— Да, конечно, — он кивает и, приобняв меня за плечи, ведет к выходу из кафе.
— Эй, что за глупости? С родителями так нельзя, — подхватываю Руслана под локоть, прижимаясь ближе. Тревога никогда не делась, скорее немного заглушилась.
— Между тобой и ими, я бы выбрал тебя.
— Как… романтично.
— Может быть, — в его голосе звучат нотки грусти, но они такие мимолетные, что я не заостряю на них внимания.
