Автор
В душном подъезде второго этажа происходит нешуточная схватка за телефон. Молодые студенты на лестнице создают настоящую ораву, мешая порядку. Одного парня вызывает враждебный взгляд — он явно ожидал, что его компания будет первой. Но тут главное — добыть свой планшет, где еще сохранены важные сообщения и электронные письма....
— Зойка не даст, она же до мозга костей правильная, — отвечает рыжеволосый. Они все переглядываются, и меня каким-то чудом не замечают.
— А ты напрягись, — давит Мамаев, почесывая белобрысую репу.
— Да как? — не унимается рыжий.
— Мозги включи, а то я выключу тебе их.
— Слушай, а что ты выиграешь, если она… ну станет твоей на вечер? — мне уже надо на лестницу идти, но я торможу. Почему-то кажется, что «она» это Крис. И этот факт меня, мягко, скажем, напрягает.
— Пару пикантных фоток, — Толик начинает громко смеяться, как умалишенный.
— Она же не согласиться, — удивляется рыжий. Мы с ним будто в унисон мыслим.
— А у меня для этих целей есть план «б».
О чем там план «б» я уже не успеваю разузнать, передо мной вырастает Оксана. Как вовремя, конечно…
— Русик, привет, — блондинка улыбается, и сперва тянется ко мне с поцелуем, но заметив парней в уголке, подбирается вся.
— Угу, — нехотя соглашаюсь.
С другой стороны, какое мне вообще дело до Кристины? Тут нет общих знакомых, пусть хоть перецелуется со всем универом. Мне так-то без разницы. Главное, чтобы это никуда в интернет не слили, и Ева с моей родней случайно не заметила."
"Мы с Оксаной спускаемся на первый этаж и идем в сторону актового зала, где проходит дискотека. Идем медленно, на небольшом расстоянии, как и полагается ученику и его учителю.
— Я думала, ты не придешь, Русик.
— Я тоже думал, — засовываю руки в карманы кожанки, смотря себе под ноги.
— А чего приехал тогда?
— Арс попросил, для группы поддержки.
— Вот как, — тянет она, закусывая губу. Только не говорите, что сейчас начнется шарманка из серии «ревную», я не готов.
— Вполне обыденная тема, — отвечаю, и тут меня кто-то задевает плечом, а потом вовсе проскакивает мимо. — Эй! — рычу недовольно. — Глаза разуй.
— Ой, прости Рус, — рыжий, тот самый, которого я видел с Толиком, сжимается от страха. Я не знаю его имени, зато он явно знает меня.
